Метка: Персона

«…Мы бросаем вызов, как мне кажется, современному техно-оптимистическому взгляду, который, как оказалось, весьма распространен, и который заключается в том, что технологии просто возникают. Они повышают производительность. Они улучшают образ жизни людей, включая их здоровье, предоставляют им больше возможностей, и в итоге все выигрывают. Но если мы оглянемся назад за последние 1000 — а в некоторых случаях мы можем оглянуться и на 10 000 лет назад — то обнаружим, что все гораздо сложнее. Иногда технологии приносят огромную пользу, безусловно. Промышленная революция в конечном итоге принесла пользу многим людям, но на это потребовалось более ста лет. Я думаю, что добиться лучших результатов для большего числа людей быстрее — в том числе благодаря, например, искусственному интеллекту, — это то, к чему мы должны стремиться. У нас есть ряд рекомендаций о том, как сделать технологии более ориентированными на людей и в большей степени ориентированными на создание новых задач, помочь людям стать более продуктивными и творческими, а не вытеснять работников и не просто использовать автоматизацию для вытеснения работников. Это не тот путь, по которому мы рекомендуем двигаться дальше…»

«… Я подозреваю, что «будущее» может стать самостоятельной формой жизни, действующей независимо от человеческого контроля. Оно не будет следовать нашему расписанию, а скорее ускорит свое вторжение в реальность своим собственным способом, фундаментально изменяя и даже переворачивая наше представление о мире. Аналогичным образом, технология превращается в другую форму независимой жизни, освобождаясь от человеческих манипуляций и обретая способность к автономному развитию. Хотя технологии всегда были призваны формировать будущее, не гарантировано, что будущее захочет быть измененным. Во многих отношениях способность человечества выжить в будущем зависит от того, удастся ли установить отношения взаимной доброжелательности между технологиями и будущим…»

«…Есть эксперименты по такому типу прогнозирования. В экспериментах Фила Тетлока и Барбары Меллерс людям задавали вопросы со значительной неопределенностью относительно того, что произойдет. В случае прогноза далекого будущего люди мало преуспевают. В случае же промежуточных, краткосрочных прогнозов некоторые люди весьма хороши. Они часто ищут для создания прогноза несколько референтных классов. Это часть стандартной процедуры суперпрогнозистов. Есть много доказательств того, что в области технологий изменения экспоненциальны. По мере того, как события происходят все быстрее и быстрее, способность делать прогнозы о том, что произойдет, уменьшается. Есть определенные виды проблем, где вы можете быть уверены в прогрессе и можете экстраполировать. Но в более сложных вопросах при высокой скорости изменений, я думаю, что там действительно нечего делать прогнозированию…»

«…Когда я работал в Credit Suisse, я был членом исследовательской группы, в которую входил ряд очень известных мировых лидеров, бывший президент Мексики, один из премьер-министров Великобритании, выдающийся экономист. То есть, это была действительно эрудированная группа людей. И вот мы проводили встречу в Швейцарии, и у нас был поведенческий экономист, который вел сессию по рискам. И этот парень решил провести эту игру про две трети. И я такой подумал: «Вот это будет интересно!». Потому что в группе были буквально мировые лидеры, которые, вероятно, имели опыт переговоров о разных высокопоставленных вещах. И они были абсолютно ужасны в игре. Это было постыдно плохо. И я подумал: «О, Боже, я рад, что все они сейчас на пенсии». И я не знаю, может быть, они не поняли, как все устроено в игре, но они просто не продумали эти уровни. Как вы знаете, в переговорах, да и вообще в жизни, понимание позиции другого человека очень важно…»