Метка: Прогресс

Миром технологий правят не цифры, а иррациональные фантазии миллиардеров об «электронных рабах». Пока Маск и Дженсен Хуан обещают нам изобилие машин-помощников уже в ближайшие годы, суровая реальность показывает: робот Optimus не способен заменить даже неквалифицированного грузчика, а «чудо-атлеты» падают посреди марафона. Погоня за человеческим обликом — это не технологический прорыв, а опасная одержимость научной фантастикой Айзека Азимова. Мы тратим миллиарды на создание «механических друзей», которых не хочет видеть в своем доме 60% населения, игнорируя опыт Amazon, заработавшего состояние на безликих и эффективных машинах. Эго руководителей и желание «поиграть в бога» подменяют собой здравый экономический расчет, создавая инвестиционный пузырь, где цена ошибки — не просто зависший софт, а реальный физический вред и колоссальные убытки.

Наш старый знакомый Фарид Закария пишет:

…От Лондона до Токио правительства все хуже соответствуют ожиданиям современного общества. На этой неделе Великобритания получила уже седьмого премьер-министра менее чем за десять лет. Во Франции за последние несколько лет сменилось почти столько же глав правительства. А следующим президентом страны вполне может стать Марин Ле Пен — политик, которую еще недавно считали изгоем. В Германии крайне правая «Альтернатива для Германии» (AfD), которая всего несколько лет назад была маргинальной силой, теперь лидирует в опросах. Даже демократии Восточной Азии — которые обычно воспринимаются как стабильные, осторожные и даже скучные — столкнулись с серьезными трудностями: правительства Японии, Южной Кореи и Тайваня испытывают растущее давление на фоне усиливающегося общественного недовольства. И там, где популисты уже находятся у власти, картина не выглядит принципиально иной. Дональд Трамп сейчас находится почти на уровне самых низких рейтингов одобрения среди современных американских президентов на этом этапе своего срока.

Сегодня слово «акселерационизм» звучит отовсюду: от отчетов спецслужб до презентаций технологических гигантов в Кремниевой долине. Оно мелькает в манифестах террористов и в публичных заявлениях миллиардеров, но почти никто не понимает его настоящей сути. За последние десять лет этот термин выбрался из темных углов интернета и превратился в две враждующие идеи, которые одинаково ошибочны. Одни мечтают сжечь мир, чтобы построить на пепле государство для «избранных», другие верят, что новые технологии принесут человечеству рай на земле. Но за всеми этими спорами стоит фигура Ника Ланда — философа, который еще в 1990-х годах увидел нечто гораздо более темное и глубокое, чем современные политические дрязги.

Можно провести изящную параллель между современным взрывным развитием ИИ и великими потрясениями в истории музыки — появлением оперы, джаза и рок-н-ролла, — рассматривая ИИ не просто как технологию, а как мощную культурную стихию и социальную моду. Подобно тому как изобретение звукозаписи когда-то «дегуманизировало» живое исполнение, нынешний ИИ вызывает у профессионалов чувство «глубокого блюза» — экзистенциальную печаль из-за утраты уникальности своего мастерства. Но не стоит впадать в апокалиптический ужас. Можно использовать «метод Шопена», который заключается в прагматичном освоении новых инструментов ради сохранения верности самому творчеству. В конечном итоге никто не отменял идею преемственности. Даже самые радикальные технологические сдвиги становятся лишь частью долгой истории человеческого выражения, где подлинное искусство и мастерство выживают, адаптируясь к любым изменениям инфраструктуры.

McKinsey Global Institute выпустил на 80 страниц отчет, который представляет собой глубокий анализ экономической конкурентоспособности США, приуроченный к 250-летию страны. Главная цель документа — оценить текущие позиции США в условиях геополитического соперничества и стремительного развития искусственного интеллекта. Подвели, так сказать, итоги.

Навеяло недавними выступлениями. Когда мы говорим о технологиях, мы все время говорим о конечных улучшающихся бытовых удобствах (сеть, телефон, доставка, еда, одежда, кофемашины, мгновенные переводы денег, космос, батарейки и так далее) и порой про пугающее развитие чисто технических военных изощренных способов эффективнее убивать друг друга. Мало тех, кто пишет, как технологии меняют политику и способы управления обществом.

Харари часто объясняет масштаб текущей технологической трансформации через историческую аналогию с индустриализацией. Да, конечно, его отправная точка — признание того, что индустриальная революция в конечном счете действительно сделала человеческие общества богаче и технологически мощнее. Однако этот результат был достигнут не прямой и мирной эволюцией, а через длительный и крайне болезненный исторический процесс. Сам путь индустриализации сопровождался масштабными социальными конфликтами, войнами и политическими экспериментами, многие из которых оказались катастрофическими.

Вот еще мегапопулярный во всем мире пост про ИИ-ужасы, после которого из-за дистопичных прогнозов даже упали акции реальных компаний. Текст от Citrini Research представляет собой сценарный анализ в форме «макро-заметки из будущего», исследующий катастрофические последствия избытка искусственного интеллекта для мировой экономики к 2028 году. В Citrini описывают разрушительную спираль вытеснения человеческого интеллекта, при которой корпорации заменяют высокооплачиваемых белых воротничков ИИ-агентами, что ведет к обвалу потребительского спроса и возникновению «призрачного ВВП». Ключевая идея заключается в том, что ИИ уничтожает премию за редкость человеческого разума, провоцируя системный кризис: от обесценивания программного обеспечения до массовых дефолтов по ипотеке и краха сферы посреднических услуг. Эффективность ИИ на микроуровне может обернуться макроэкономическим тупиком, требующим радикального пересмотра налоговой системы и общественного договора. Что в Citrini пишут про 2028?

Искусственный интеллект запустил, возможно, крупнейший в истории бум капитальных вложений: гиперскейлеры тратят сотни миллиардов долларов и берут на себя обязательства на триллионы, вплоть до строительства и использования собственных источников энергии, пока правительства пытаются не отстать. ИИ вывел технологических гигантов на многотриллионные оценки. Это новый рассвет. Если перефразировать Джорджа Буша-старшего, возможно, это и есть «самое большое событие, которое произошло в мире за мою жизнь, за нашу жизнь». Как же искусственный интеллект изменит общество? И почему ИИ вообще должен менять общество?

Основатель Stability AI Эмад Мостак рассказывает о неминуемой и радикальной трансформации общества под влиянием искусственного интеллекта. Он предупреждает, что человечество находится в историческом моменте беспрецедентных потрясений, когда где-то через 900 дней экономическая значимость большинства людей в сфере когнитивного труда резко снизится, поскольку ИИ станет более компетентным и дешевым, чем сотрудники. В качестве противовеса корпоративному контролю и потенциальной автократии Мостак выступает за демократизацию «универсального базового ИИ», который будет открытым и суверенным для каждого пользователя, защищая его интересы. Мостак подчеркивает, что без срочных мер по регулированию и этической настройке эти чрезвычайно мощные системы могут привести к социальной нестабильности, распаду капитализма и даже экзистенциальным рискам.