Рубрика: Статьи/Блог

Не закладываем ли мы основу для нового финансового краха, если объем частного кредитования по всему миру уже исчисляется триллионами долларов? На Уолл-стрит разгорелась ожесточенная дискуссия о том, приведут ли триллионы долларов так называемых частных кредитов (private credit), накопившихся на балансах по всему миру, к следующему — и уже давно ожидаемому — финансовому кризису. Или же все эти опасения являются сильно преувеличенной паникой, а на самом деле причин для беспокойства нет и «все в полном порядке, большое спасибо».

Миф о том, что современному обычному простому мужчине практически невозможно найти любовь и построить отношения, стал настоящим ядом, отравляющим жизнь миллионов. Если верить тому, что пишут в интернете, то женщины смотрят только на баснословно богатых, невероятно красивых или всемирно известных «сверхлюдей». Однако реальность, подтвержденная цифрами и самой человеческой природой, говорит об обратном: романтика и близость — это не полет на Луну, а одно из самых доступных и массовых занятий в истории нашего вида. Для того чтобы обрести счастье, не нужно быть моделью с обложки или богатым дядей; достаточно понять, чего на самом деле хотят люди и как работают простые механизмы общения.

Десять лет назад, когда революция в сфере искусственного интеллекта только набирала обороты, студентам гуманитарных факультетов настойчиво советовали учить языки программирования, если они хотят найти хорошую работу. Сегодня кажется, что это был плохой совет. Теперь за свои рабочие места переживают сами программисты, ведь их функции постепенно забирает ИИ. В нынешних условиях молодежи стоит присмотреться к изучению философии. Согласно свежим данным Федерального резервного банка Нью-Йорка, выпускники философских факультетов в Америке имеют больше шансов найти работу, чем те, кто изучал компьютерные науки. В 2024 году, который стал последним отчетным периодом, уровень безработицы среди программистов составил 7%, в то время как среди философов он был значительно ниже — всего 5,1%.

WorldQuant сегодня самостоятельно распоряжается капиталом в 10 миллиардов долларов. Еще 20 миллиардов долларов находятся в управлении через совместное предприятие WorldQuant Millennium Advisors. В компании WorldQuant работают 1 100 сотрудников в 28 офисах по всему миру. Состояние самого Тульчинского, которому в этом году исполнится 60 лет, оценивается примерно в 1,7 миллиарда долларов. В бизнесе он ставит перед собой амбициозную задачу: довести объем активов под управлением до 100 миллиардов долларов. WorldQuant — один из самых закрытых и необычных количественных хедж-фондов мира. В отличие от таких гигантов, как Citadel или D. E. Shaw, компания почти не занимается публичным продвижением своих инвестиционных результатов и практически не дает интервью о доходности.

Пока Илон Маск убеждает инвесторов вкладывать миллиарды в проект Gigasat — флот из миллиона ИИ-спутников на орбите, Китай уже запустил первый в мире коммерческий подводный дата-центр мощностью 24 МВт у берегов Шанхая. Конкуренция в сфере ИИ переходит в плоскость экстремальной инженерии: SpaceX делает ставку на неограниченную солнечную энергию в космосе, а китайская компания HiCloud использует бесплатное охлаждение морской водой и энергию ветра. Исход этой гонки решит не только качество алгоритмов, но и то, чья инфраструктура окажется дешевле в обслуживании.

Мир, в котором мы живем, больше не работает по старым правилам, и если вы этого не заметили, значит, вы уже проиграли. Чтобы не просто выживать, а процветать, нужно иметь смелость признать: привычные схемы «купи дешево — продай дорого» или «работай усердно — получишь повышение» мертвы. Наступила эра, где гибкость ума важнее диплома, а умение видеть сквозь красивую ложь корпораций приносит больше денег, чем любая математическая модель. Дэн Лоэб — легендарный американский инвестор и основатель компании Third Point, которая под его руководством прошла путь от небольшого фонда с капиталом в $3 млн до масштабной инвестиционной структуры, управляющей активами на сумму около $25 млрд. Как он это сделал?

Многие ученые, правительства и, вероятно, большинство людей объясняют насилие как следствие человеческой природы. Согласно этой точке зрения, агрессия заложена в нашем мозге, а люди, прибегающие к насилию, либо с рождения являются психопатами, либо пережили травмирующее событие, которое сделало их «девиантными», сняв внутренние запреты и высвободив самые темные человеческие инстинкты. Таких людей, дескать, в обществе, около 5%. Но если отбросить эмоции и посмотреть на то, как устроена жизнь на самом деле, открывается пугающая правда: для тех, кто держит в руках оружие, насилие — это прежде всего работа. Это ремесло, за которое платят деньги, способ прокормить семью и получить уважение в своем районе. Когда мы смотрим на насилие не как на грех или болезнь, а как на профессию, многие странные вещи в мировой истории и сегодняшних новостях становятся понятными.

Сегодня слово «акселерационизм» звучит отовсюду: от отчетов спецслужб до презентаций технологических гигантов в Кремниевой долине. Оно мелькает в манифестах террористов и в публичных заявлениях миллиардеров, но почти никто не понимает его настоящей сути. За последние десять лет этот термин выбрался из темных углов интернета и превратился в две враждующие идеи, которые одинаково ошибочны. Одни мечтают сжечь мир, чтобы построить на пепле государство для «избранных», другие верят, что новые технологии принесут человечеству рай на земле. Но за всеми этими спорами стоит фигура Ника Ланда — философа, который еще в 1990-х годах увидел нечто гораздо более темное и глубокое, чем современные политические дрязги.

Великобритания предоставила хартию Ост-Индской компании, чтобы не позволить голландцам монополизировать торговлю специями, и Америка точно так же наделяет правами SpaceX, чтобы в гонке за стратегическое господство в космосе обогнать Китай. Но чем более незаменимой становится компания, тем меньше полномочий остаётся у государства. Эта слабость проявилась в полной мере в прошлом году, когда президент Дональд Трамп и Маск публично поссорились. Трамп пригрозил расторгнуть контракты государства с SpaceX, а Маск пригрозил лишить правительство США доступа к Международной космической станции. Номинально суверенная держава оказалась в зависимости от игрока, перед которым она может заискивать, но которым не может командовать.