Метка: Карьера

И почему вам стоит нанимать их, чтобы выжить в мире хаоса

В 40+ лет женщины всe чаще задумываются о том, что значит стареть как женщина на работе. Им хочется смотреть в это будущее с уверенностью, а не с тревогой. Но реальность трудно игнорировать: эйджизм и сексизм по-прежнему остаются мощным сочетанием, которое по мере возраста толкает многих женщин к более низкой оплате, меньшему количеству возможностей и большей финансовой нестабильности. Нижеизложенный текст нашел горячий отклик у читателей. Многие женщины говорили, что увидели в этом себя или что здесь наконец-то словами выразили то, что они давно чувствовали, но о чем в обществе почти не принято говорить.

Стив Бартлетт, ведущий The Diary of a CEO, конечно, за девять в эфире лет научился кошмарить людей. На днях он сделал это с помощью Дэниэла Пристли (со-основатель акселератора Dent Global, британско-австралийский предприниматель, бизнес-коуч, инвестор и автор книг по предпринимательству и масштабированию бизнеса). Что именно говорит Пристли?

Представьте, что вам дали 90 дней жизни. Вам 54 года. У вас рак поджелудочной железы четвертой стадии, метастазы в пяти органах, включая печень и позвоночник, а вы все шутите. Бен Сасс не просто умирает. На пороге смерти он публично кается перед семьей за годы, проведенные в разъездах ради карьеры и амбиций. Сасс открыто сожалеет о «трудоголизме» в свои 20–30 лет, когда работа была важнее дома. Сегодня его главная битва — не за карьеру, а за возможность побыть отцом для 14-летнего сына чуть дольше тех 90 дней, что ему изначально дали врачи. Ничего из того, что мы строим, не вечно, кроме человеческих душ и отношений. Он борется, пишет статьи под морфином, спит по 16 часов в сутки из-за лечения и запускает подкаст с названием «Еще не сдох!». Если вы считаете, что ваши самые серьезные проблемы — это дедлайны или курс валют, подумайте еще раз.

Современное руководство для молодежи по построению карьеры в эпоху стремительного развития технологий

Гарикано — испанский экономист, профессор экономики и публичной политики в Лондонской школе экономики (LSE), один из заметных европейских интеллектуалов, работающих на стыке академической экономики, институционального анализа и практической политики. Специализируется на экономике организаций, рынках труда, производительности, инновациях и институциональном устройстве государств, а также на проблемах экономического развития Европы. Активно участвовал в политике. Был депутатом Европейского парламента и занимал пост вице-пресидента группы Renew Europe, где занимался вопросами экономической политики ЕС, цифровой трансформации, промышленной стратегии и реформ европейских институтов.

Мне кажется, что алармисты по поводу ИИ и любители всеобщего базового дохода имеют крайне пессимистичное представление о том, на что вообще способны люди. Потерял работу из-за робота — значит, что, нужно что ли сидеть дома и до конца жизни получать пособие? Да? Это вписывается в общий тренд заниженных ожиданий, который развивается уже десятки лет, вероятно, с начала 1990-х. Клинтон разнес систему соцпособий. Мы что, потом складывали трупы голодающих, как дрова? Конечно же нет — люди крутились и находили работу, как и делает любой рациональный человек, если от этого зависит, что и когда он будет есть. Вот еще вещь, которой почти никто больше не делает: не можешь найти работу в своем городе? Тогда поезжай в другой! Географическая мобильность на самом деле падает — сильно падает — в последние годы. Да, частично это из-за технологий: можно работать по Zoom откуда угодно. Но частично это потому, что люди стали менее авантюрными.

На прошлой неделе я пил кофе с человеком, который работает в крупной консалтинговой фирме. Она двадцать минут объясняла мне, чем занимается. Не потому что работа сложная, а потому что пыталась убедить саму себя, что она вообще существует. «Я занимаюсь согласованием интересов стейкхолдеров в межфункциональных рабочих потоках», — сказала она. А потом засмеялась: «Честно говоря, я уже сама не понимаю, что это значит».

В июне Марк Цукерберг назначил 28-летнего Вана главой всех AI-операций Meta и вложил 14,3 миллиарда долларов в компанию Scale AI. Теперь Ван руководит новой командой по созданию «сверхинтеллекта» — в неё входят звезды AI-индустрии, которым платят как топовым спортсменам. Также он курирует другие AI-команды Meta под крылом новой организации Meta Superintelligence Labs. По сути, это очередная типичная история Кремниевой долины: молодой гений растет вместе с прорывной технологией. Но на этот раз вместо того, чтобы разрушать старые порядки, Ван помогает уже состоявшемуся технологическому гиганту, которым управляет вундеркинд предыдущего поколения (то есть Цукерберг).