Вышел Henley Private Wealth Migration Report 2026. Там разбираются конкретные страны, если вы вдруг хотите изучить их, но мы дадим общую картинку. По прогнозу Henley & Partners, в 2026 году 165 000 миллионеров переедут за рубеж по сравнению с 142 000 в 2025 году, что представляет собой самый высокий уровень миграции богатства, когда-либо зафиксированный в серии отчетов. Мир, в котором мы живем в 2026 году, окончательно перестал быть местом, где богатые люди привязаны к одной стране. Раньше правительства могли смотреть на своих состоятельных граждан как на некую «недвижимость»: если у человека здесь бизнес, семья и дом, то он никуда не денется. Но это время ушло. Сегодня богатство — это не якорь, а двигатель, который позволяет выбирать лучшее место для жизни. И это движение миллионов людей и миллиардов долларов диктуется не просто капризами, а глубокими переменами в том, как устроена наша планета.
Метка: Миллиардеры
Кто хочет жить вечно?
Представьте, что перед вами стоит чаша с напитком, дарующим вечную жизнь. Один глоток — и вы никогда не умрете. Это мечта, которая преследует людей веками, от древних легенд о Святом Граале до современных миллиардеров, готовых на все ради лишнего десятилетия молодости. Сегодня эта одержимость принимает порой пугающие формы: например, известный миллионер и биохакер Брайан Джонсон практиковал переливание плазмы крови от собственного сына — по литру каждый месяц в течение полугода, чтобы попытаться «обмануть» время. Но прежде чем сделать этот роковой глоток, стоит очень внимательно разобраться в том, что именно мы пытаемся сохранить и не превратится ли дар бессмертия в бесконечную пытку.
Наш старый знакомый Росс Даутат (Росс — колумнист в NY Times, также известный американской общественности своими многочисленными выступлениями по общественно-религиозным вопросам. На многие вещи, касающиеся общества и технологического развития человечества, Росс смотрит с религиозной и консервативной точки зрения, на его мировоззрение сильно повлиял католицизм. Без всякого сомнения Росс является одним из самых ярких представителей современной американской интеллектуальной элиты) пишет:
Какие психологические трансформации происходят с человеком при обретении колоссального богатства? Что говорят об этом в откровенных интервью мультимиллионеры? Отсутствие финансовых границ искажает восприятие реальности, усиливает социальную изоляцию, порождает специфические этические дилеммы и стремление к тотальному контролю. Эхо-камеры из подхалимов и армия юристов создают иллюзию безнаказанности, а изоляция в огромных поместьях атрофирует способность к сочувствию. Но бывает, что внутренняя неуверенность богатых людей, пытающихся сохранить крупицы своей прежней идентичности через бытовую бережливость, не соответствует внешнему стереотипу об их порочности и всевластии. В конечном итоге богатство — это не просто ресурс, а мощный усилитель личности, который может привести как к масштабной филантропии, так и к постепенной моральной деградации в условиях отсутствия жизненного сопротивления.
Вы считаете себя здоровым человеком: бегаете, следите за сном и пьете витамины, но каждый сигнал организма вызывает тревогу. Современный мир породил «индустрию долголетия» стоимостью 6,3 триллиона долларов, где ваше здоровье превращается в алгоритм, который нужно оптимизировать. Здоровье становится не вопросом слабости, а вопросом контроля над данными: от уровня липидов до силы хвата. Мы заходим в футуристические кабины, чтобы получить 2 000 детализированных снимков своей кожи, и замираем в «ипохондрии Шредингера», не зная, больны мы или здоровы, пока не придет уведомление на смартфон. Стоит ли рисковать своим душевным спокойствием ради шанса обмануть смерть, или мы просто становимся заложниками маркетинга «биотехнологических бро» из Кремниевой долины?
Письмо №562
В тот же момент, когда «Машина Модерна» была запущена, около 1600 года, начала формироваться альтернативная цивилизационная логика. Назовем ее «Машиной дивергенции». Если модерн был «Машиной конвергенции» — стандартизации, унификации и сведения различий к общему знаменателю, — то новая «Машина» оптимизирована под расхождение, множественность и асинхронность. Она не устраняет различия, а усиливает их; не приводит все к единому порядку, а допускает сосуществование несовместимых режимов. Зачатки этой «Машины дивергенции» проявляются в научных революциях, колониальных столкновениях, финансовых инновациях и, в более поздний период, в цифровых технологиях и сетевых формах организации. В отличие от модерна, у нее нет единого центра и завершенного проекта. Она строится фрагментарно, поверх старых институтов, часто паразитируя на них. Именно поэтому сегодня мы наблюдаем не резкий «конец модерна», а длительный фазовый переход, в котором старые «машины» постепенно выводятся из эксплуатации, а новые — еще не полностью введены в строй.
Путь Джереми Грэнтэма к управлению миллиардными активами начался с полного краха. В 1960-х он поддался рыночной эйфории, вложившись в идею привезти «Формулу-1» в США, а затем — в технологии, опередившие своё время. Итогом стали обвал акций и всего 5 000 долларов у семьи. Этот опыт сделал его одним из самых осторожных стоимостных инвесторов, научив игнорировать моду и опираться на фундаментальные цифры. Сегодня Грэнтэм — легендарный «охотник за пузырями», предсказавший крахи 1989, 2000 и 2008 годов, — предупреждает: рынок США вновь раздут до опасных уровней. Пока инвесторы скупают переоценeнные технологические акции, он переводит капиталы в Японию, считая, что американские элиты, как и в 1929 году, игнорируют долгосрочные риски, веря в вечный рост.
Письмо №554
Anthropic: На самом деле, некоторые люди тратят огромные деньги, чтобы убедить вас в обратном — что это не искусственный интеллект, готовый к резкому рывку вперед, а просто инструмент, который будет использоваться в нашей экономике. Это всего лишь машина, а машины — это то, чем мы умеем управлять. Но не заблуждайтесь: то, с чем мы сталкиваемся, — это настоящее и загадочное существо, а не простая и предсказуемая машина. И как в лучших сказках, это существо создано нами самими. Лишь признав, что оно реально, и справившись со своими страхами, мы получим шанс понять его, прийти с ним к миру и найти способ приручить его и жить рядом. И чтобы сделать ставки еще выше: в этой игре вы гарантированно проиграете, если будете считать, что существо нереально. Единственный шанс выиграть — увидеть его таким, какое оно есть.
Раньше все говорили о криптовалютах, психоделиках, потом об искусственном интеллекте, а теперь на первом месте — долгая жизнь. У богатых в ходу новые слова: биомаркеры, уровень NAD+, «часы метилирования», сенолитики и стволовые клетки. Гости на вечеринках сравнивают свои анализы крови так же, как раньше они сравнивали свои коллекции вин, а самым престижным атрибутом стало не имя личного банкира или знакомого с огромным состоянием, а фамилия личного врача по долголетию. Вся эта наука звучит как фантастика, но она стремительно становится новым языком «больших денег».
Биотехнологическая индустрия, несмотря на свои обещания, сталкивается с серьезными преградами на пути к созданию компаний-гигантов стоимостью в триллион долларов. Почему «триллионных» биотехов пока не существует, а количество миллиардеров в отрасли незначительно?
