Сегодня мир стоит на пороге перемен, которые по своему масштабу могут превзойти даже промышленную революцию. То, что мы привыкли называть искусственным интеллектом, перестает быть просто темой для разговоров программистов и становится силой, способной перекроить всю нашу жизнь, общество и экономику. Чтобы понять, что происходит и к чему нам готовиться, нужно разобрать по полочкам основные идеи этого процесса, который уже вовсю набирает обороты. Каковы три основных подхода к тому, как относиться к искусственному интеллекту? Что в данной ситуации делать государствам?
Метка: ИИ
Письмо №583
Почти каждый новый препарат — это ставка с огромным риском. Лекарства нужны. Поэтому вопрос не в том, играть или нет, а в том, как сделать эту игру чуть менее ужасной для всех участников. Ответ нашелся там, где его не ждали, — в финансовом инжиниринге. Это набор структурных трюков, которые позволяют держать в руках больше лотерейных билетов, покупать долю выигрышных билетов уже после того, как объявлены номера, и совершать другие странные, хитрые вещи, которые финансистам кажутся очевидными, а все остальные о них даже не слышали. Эта история — о том, как деньги научились управлять рисками, которые никто не хотел брать на себя, и как финансовые инструменты постепенно меняют сами принципы создания новых лекарств. И, собственно, становится понятно, как на этом можно заработать.
Представьте себе обычный ужин в Кремниевой долине, где вместо обсуждения акций или новых гаджетов за столом всерьез говорят о том, что традиционное деторождение уходит в прошлое. Люди, работающие с ИИ, начинают воспринимать биологическое продолжение рода как нечто устаревшее, считая, что нам невероятно повезло родиться именно в ту эпоху, когда сознание можно просто «загрузить» в компьютер и тем самым обрести бессмертие. Сегодня в кругах технологической элиты все чаще звучит мысль, что мы — последнее поколение людей, которому вообще нужно задумываться о биологическом размножении. Идея в том, что физическое тело — это лишь временная оболочка, а все самое важное в нас, наше «я», может существовать в виде программного кода. Вместо того чтобы рожать детей в муках и менять подгузники, предлагается создавать так называемых «наследников разума» — виртуальных сущностей, которые станут следующим шагом в нашей эволюции.
Мир высоких технологий из Кремниевой долины всегда славился своими странными словечками. Когда там говорят про «вайб-кодинг», «нативность для ИИ» или «пост-дефицит», чаще всего это просто красивый способ сказать, что у компании закончились деньги и ей срочно нужны новые инвестиции. Однако среди этого потока пустой болтовни появилось одно выражение, которое звучит совсем не смешно и пугает даже самых богатых айтишников: «перманентный низший класс». Очередной модный термин? Или предчувствие великого раскола человечества?
В Китае происходит что-то невероятное, о чем десятилетиями мечтали футурологи и о чем мы постоянно годами писали нa FST (да и сам проект FST с 2014 года — это по сути one-man media company): развитие технологий искусственного интеллекта в Китае привело к массовому появлению «компаний одного человека», которые к 2025 году составили более четверти (!!!) всех зарегистрированных бизнесов страны. Парадокс заключается в том, что процесс ухода от традиционного офисного рабства и корпоративной зависимости происходит именно в Китае, который обычно ассоциируется с жесткой дисциплиной. И это происходит не вопреки воле государства, а при его прямой и очень активной поддержке.
Письмо №582
Знаменитый венчурный инвестор Элад Гил уверен, что ИИ сегодня — это беспрецедентный экономический сдвиг: компании в этой сфере выходят на миллиардные выручки в разы быстрее, чем в предыдущие технологические эпохи. Меняется сама модель рынка: вместо продажи софта все чаще продаются «единицы интеллектуального труда» — по сути, когнитивные способности, реализованные через модели и алгоритмы. Появился феномен «персональных IPO», когда ведущие специалисты получают вознаграждения на уровне, сопоставимом с выходом компании на биржу. Рынок постепенно смещается к олигополии, где конкуренция временно сдерживается физическими ограничениями — нехваткой вычислительных ресурсов и памяти. Для основателей открыто короткое окно в 12–18 месяцев для максимизации оценки до того, как технологии станут массовым товаром. Успех все сильнее зависит от агрессивной дистрибуции и тесной связки с Кремниевой долиной, где сосредоточено около 91% капитализации частных ИИ-компаний.
Манипуляция и деньги
У Vulture вышел отличный материал о том, что социальные сети — это подделка. Фейк. «Вирусная» песня, фильм, мем, драма у «звезд», новый инфлюэнсер и так далее — это продукт скрытой маркетинговой кампании. В Vulture отследили, как цифровые агентства размещают контент на фан-страницах, в спортивных роликах и алгоритмических рекомендательных системах, а также как манипулируют журналистами, которые черпают свои идеи из социальных сетей. Отличное чтение. Как я не устаю повторять, социальные сети как явление давно мертвы и не имеют смысла. Они не служат настоящему общению между людьми: вместо живых разговоров платформы заполнили алгоритмы, кликбейт, ИИ-контент, реклама и погоня за вовлеченностью. Соцсети превратились из пространства для связи друзей и идей в медиамашины, где пользователи просто потребляют бесконечную ленту, чем искренне взаимодействуют, а внимание стало товаром, который платформы продают рекламодателям. И так былo еще и до AI-slop.
Мы привыкли к классическому голливудскому образу злого гения, который в одиночку создает в секретной лаборатории невероятную технологию, чтобы уничтожить или запугать половину человечества. Этот одиночка обычно окружен сложнейшими приборами, которые работают безупречно, но в реальности такая ситуация — абсолютная фантазия. Даже в обычных условиях поддерживать работу сети из трех компьютеров в одиночку — задача не из легких, а если бы кто-то действительно изобрел нечто принципиально новое и сверхсложное, оно бы постоянно ломалось. Скорее всего, у такого «злого гения» раз в месяц заедало бы автоматический люк в логове, так что верить в безупречную работу секретного «луча смерти», обслуживаемого одним человеком, просто невозможно. На самом деле ни один гений-одиночка не может уничтожить мир, потому что такая огромная власть требует масштабного сотрудничества.
Наш старый знакомый Росс Даутат (Росс — колумнист в NY Times, также известный американской общественности своими многочисленными выступлениями по общественно-религиозным вопросам. На многие вещи, касающиеся общества и технологического развития человечества, Росс смотрит с религиозной и консервативной точки зрения, на его мировоззрение сильно повлиял католицизм. Без всякого сомнения Росс является одним из самых ярких представителей современной американской интеллектуальной элиты) пишет:
Год назад мы сетовали и рассказывали про нашу боль. ИИ бесполезен в серьезной аналитике, потому что % галлюцинаций с цифрами недопустим там, где принимаются настоящие решения. Трое парней пытаются заработать на решении этой реальной проблемы в финансах. Их стартап недавно оценили уже в $2 млрд. Они всего лишь стараются сделать так, чтобы цифры подтверждались ссылками на источники. Представьте себе типичную ночь на Манхэттене в конце 2021 года. В тесной квартире трое молодых людей работают до глубокой ночи. Их объединяет глубокое чувство неудовлетворенности своей карьерой. Пока двое из них продолжали изнурять себя бесконечными таблицами и презентациями, третий, Габриэль Стенгель, решился на отчаянный шаг — он уволился из престижного инвестиционного банка Lazard Inc., чтобы сесть за кухонный стол и начать писать код.
