FastSaltTimesМногие ценности, которым мы отдаем предпочтение во взрослой жизни, были привиты нам в детстве. Не зря эти годы называют периодом становления — с момента рождения и примерно до восьми лет наш мозг легко формируется и остается очень чувствительным к внешним воздействиям и окружающей среде. Но в зависимости от того, где вы выросли, в вашем детстве вы могли столкнуться с иными ценностями, чем человек из другого места.
«…Мы являемся растущей, но все еще небольшой экосистемой. Мы делаем успехи, но другие также быстро прогрессируют — особенно в некоторых частях Восточной Европы. Следовательно, я бы сказал, что технологические стартапы — это не первое, что приходит на ум, когда кто-то слышит о Греции. С другой стороны, греки пере-представлены во многих лучших университетах мира. Поэтому задача Греции — использовать этот резерв талантов. Для этого правительство и ЕС предлагают значительную поддержку в виде финансирования и налоговых и юридических льгот, но это не может полностью компенсировать тот факт, что экосистемы в основе своей строятся снизу вверх: требуется время, чтобы опыт и негласные знания были накоплены и переданы нескольким поколениям стартапов, которые начинают, растут, добиваются успеха — или терпят неудачу. Прежде всего нам нужно больше времени. Нам нужно время для того, чтобы люди начали переходить от одного стартапа к другому, пока они не станут достаточно опытными, чтобы построить что-то великое на международном уровне…»
На днях стало известно, что Виталик Бутерин, Патрик и Джон Коллисоны, Элад Гил, Рон Конвей, Дэниель Гросс, Дастин Московиц и другие известные люди скинулись на 650 млн долларов и в сотрудничестве с Stanford University, UCSF и UC Berkeley основали некоммерческий Arc Institute — новое научное учреждение, занимающееся изучением сложных заболеваний человека. В чем суть? В модели финансирования без обязательств. Чисто ради прогресса.
Раз в год кто-нибудь пишет по теме текст и идут бурные дебаты. Попалась тут в итоге общая подборка аргументов за и против применения лотерей при приеме в элитные университеты.
«…Есть много людей, которые говорят: “Меритократия хороша в теории, но в данный момент у нас в Штатах ее нет. У нас есть нечто, что является насмешкой над меритократией. И поскольку некоторые утверждают, что это — и есть меритократия, они как бы вдвойне лгут. Они утверждают, что их положение основано на заслугах, когда на самом деле оно основано на унаследованном богатстве или чем-то подобном”. Так что это — один критический подход: у нас нет настоящей меритократии в обществе. Другой критический подход звучит так: “Даже если бы мы могли создать меритократию и превратить Америку в настоящую меритократию, а не в притворство, как сейчас, это очень плохо, потому что меритократия закрепляет всевозможные вещи — такие как, например, конкуренция и постоянная сортировка людей по способностям — и все это неправильно”…»
Чтобы понять важность неформальных социальных взаимодействий для инноваций, товарищ исследовал массовое нарушение неформальных социальных сетей, что произошло во времена “Сухого закона” в США. Когда-то салуны были повсюду в Америке: от городских переулков до сельских перекрестков. Они были не просто местом для выпивки: с 1860-х по 1920-е годы они доминировали в общественной жизни для трудящегося большинства, строившего новую индустриальную нацию. К 1897 году насчитывалось примерно четверть миллиона салонов, или 23 на каждую сегодняшнюю франшизу Starbucks. Салуны в итоге превратились в салоны, где выжившие после Промышленной революции могли пить и спорить, заниматься политикой, налаживать контакты и говорить обо всем на свете. Что важно для инноваций, что в баре можно было озвучивать самые безумные и плохие идеи, которые люди постеснялись бы озвучить в академической формальной среде в учебных заведениях. Неформальные связи играли большую роль в инновациях во все времена. The Oasis bar and grill, например, внес свою лепту в становление современной ИТ-индустрии.
«…Я черпаю вдохновение в слезах моего отца. Когда мы жили в сельской местности, то атмосфера, дух окружения, жизнь — были хороши. Мы были просто фермерами — ничего особенного. Потом отец пошел работать на фабрику (цементный завод). Его унижали и оскорбляли, и он выполнял тяжелую работу. Он не жаловался на трудности или крошечную зарплату, которую получал, но он говорил: «Что я сделал плохого Богу, чтобы подвергаться такому унижению?». В сущности, из чего состоит человеческое достоинство? Скажем, если мы будем работать вместе, и даже одним взглядом я дам вам понять, что вы ничего не стоите, и я буду смотреть на вас свысока, я убью этим вас. Но если я буду относиться к вам с вниманием и уважением — то из уважения возникнет ответственность. Из ответственности возникает творчество, потому что в каждом человеке есть доля гениальности. Человеку достоинство нужно даже больше, чем хлеб…»
В 2014 году профессор в области аналитической химии Шарлотта Тернер из Лундского университета в Швеции получила сообщение от своего PhD студента Фираса, что он вряд ли успеет вернуться в университет в течение недели, что может поставить под угрозу завершение его кандидатской. Фирас писал, что вместе с семьёй он прячется в помещении заброшенной фабрики по производству отбеливателя в Ираке.
Сэмюэл Х. Скаддер (1837-1911) был американским энтомологом, который учился у известного зоолога Жана Луи Родольфа Агассиса (1807-1873) в Гарвардской научной школе Лоуренса. Как преподавал последний?
«…Я решительно выступаю за то, чтобы сосредоточиться на теме процветания, а не на теме борьбы с бедностью. Если вашей стране удастся пройти четыре этапа национального развития, то все проблемы будут решены, потому что это — и есть механизм для определения и решения проблем. Тем не менее, в настоящее время основное внимание в области развития уделяется тому, что я называю «извращенным развитием», которое включает в себя работу с проблемами на их периферии, сосредоточение лишь на том, чтобы помочь беднейшим из бедных. Это неправильный фокус. Если вы добьетесь национального развития, вы решите проблему бедности и обеспечите процветание для населения в целом, в то время как сосредоточение внимания только на бедности часто противоречит достижению желаемого уровня процветания. Мы должны спрашивать себя во всем, что мы делаем: «способствует ли это одной из четырех трансформаций, которые нам нужно сделать, и если да, то каким образом?»…»