Метка: ИИ

3G Capital не принимает поспешных решений. Партнеры могут годами и даже десятилетиями следить за интересующей их компанией и отраслью, прежде чем сделать предложение. Например, они изучали индустрию обуви почти десять лет, прежде чем купить Skechers. В случае с Hunter Douglas Алекс Беринг был знаком с владельцем Ральфом Зонненбергом с середины 2000-х годов, а Даниэль Шварц познакомился с его сыном Давидом еще в 2007 году, когда 3G была малоизвестна за пределами Бразилии. Все это время они просто поддерживали отношения и наблюдали за успехами бизнеса, не предлагая сделок. Основой стратегии 3G является установление глубокого доверия с семьями-основателями. Они «стучатся в каждую дверь» и знакомятся с лидерами индустрий лично. Когда 3G решили привлечь Патрика Дойла (бывшего главу Domino’s Pizza), Шварц и Беринг потратили десять лет на культивирование этих отношений, периодически встречаясь с ним и изучая его опыт. 

Представьте себе мир, где половина населения — почти четыре миллиарда человек — систематически получает меньше внимания в вопросах здоровья, чем вторая половина. Это не сценарий фантастического фильма, а реальность современного здравоохранения: на долю женщин приходится всего 6% частных инвестиций в медицину. Хотя женщины составляют 50% человечества и принимают большинство решений о покупке медицинских услуг в семьях, их специфические нужды десятилетиями считались чем-то второстепенным или «нишевым». Женское здоровье сегодня — это недооцененный актив огромного масштаба. Мы видим, как капитал начинает перетекать из узкой темы деторождения в широкие области онкологии, метаболизма и долголетия. Тот, кто первым вложится в эти «белые пятна», не только заработает, но и поможет устранить историческую несправедливость, сделав мир здоровее для половины его жителей.

Нам кажется, что мы просто слушаем музыку и просто переписываемся. Что Spotify — это про плейлисты, а WhatsApp — про сообщения. Но в реальности мы ежедневно тренируем системы, которые изучают наши эмоции, привычки, страхи, одиночество и способы убегать от тишины. Эти платформы давно перестали быть сервисами. Они становятся средой обитания. Вопрос «куда движется Spotify» — это не про музыкальный бизнес. Это вопрос о том, кто будет формировать наш вкус, настроение и способность сосредотачиваться. Вопрос «что задумал WhatsApp» — это не про мессенджер. Это про будущую архитектуру человеческих связей, доверия и приватности. Компании такого масштаба проектируют реальность, в которой мы потом вынуждены жить. Если не понимать их траекторию, мы добровольно соглашаемся быть пассажирами в системе, которая переписывает правила общения, внимания и идентичности. И самое тревожное — пока мы считаем это «удобством», решения о том, какими станут наши отношения, одиночество и внутренний мир, принимаются без нас.

Управляли бы Технатом не политики, а инженеры и ученые — технократия, где решения принимались бы на основе данных, без выборов или партий. «Те, кто создает цивилизацию, в конечном итоге будут доминировать в ней. Инженеры и механики создали эту цивилизацию и будут доминировать», — говорил Скотт. Опять же, ничего не напоминает? Скотт видел Технат как «новую Америку», изолированную от мира, но сверхэффективную, что могло бы спасти цивилизацию и будущее. Географически Технат должен был охватывать огромную территорию для самодостаточности: всю Северную Америку (США, Канада, Мексика), Центральную Америку (Гватемала, Гондурас и т.д.), Карибские острова (Куба, Ямайка), Гренландию и север Южной Америки (Венесуэла, Колумбия). Около 30 стран плюс острова вроде Галапагосов — чтобы иметь все ресурсы: нефть, газ, уголь, минералы, гидроэнергию. Если бы Технат был создан сегодня, он бы насчитывал 600 миллионов граждан и стал крупнейшей страной на планете площадью более 26 миллионов квадратных километров.