FastSaltTimes

Современное руководство для молодежи по построению карьеры в эпоху стремительного развития технологий

Гарикано — испанский экономист, профессор экономики и публичной политики в Лондонской школе экономики (LSE), один из заметных европейских интеллектуалов, работающих на стыке академической экономики, институционального анализа и практической политики. Специализируется на экономике организаций, рынках труда, производительности, инновациях и институциональном устройстве государств, а также на проблемах экономического развития Европы. Активно участвовал в политике. Был депутатом Европейского парламента и занимал пост вице-пресидента группы Renew Europe, где занимался вопросами экономической политики ЕС, цифровой трансформации, промышленной стратегии и реформ европейских институтов.

Мы привыкли считать, что Кремниевая долина — это центр мира, но в то время как США гордятся своими 30 гигаваттами солнечной энергии, Китай вводит 300 гигаватт в год — ровно в десять раз больше. Пока в Америке не строится ни одного атомного реактора, Китай возводит 33 станции одновременно, закладывая фундамент для доминирования в сфере ИИ. Китай не боится «плохих показателей прибыльности», он борется за долю рынка и физический контроль над вещами. Прогнозируется «второй китайский шок»: сценарий, при котором все, что вы трогаете руками будет производиться в одной стране. Этот текст отрезвляет тех, кто считает, что контроль над программным обеспечением важнее контроля над заводами и энергетической инфраструктурой, где создается реальная производственная и энергетическая база, необходимая для доминирования.

Многие привыкли насмехаться над Фукуямой из-за статьи 1989 года про «конец истории», приписывая ему ложный тезис, что «все станут либеральными демократиями и будут жить счастливо». Этого Фукуяма, конечно, даже близко не говорил. Говорил он совсем другое, но в сознании не читавших его масс Фукуяма превратился в карикатуру. Формула «конец истории» оказалась провокационной и легко превращаемой в мем. Бедняга Фукуяма пострадал почем зря. Но мы не будем следовать за толпой.

Эта история о том, как одна страна смогла превратиться из разрозненных фермерских поселков в самую могущественную промышленную державу мира, и о том, почему сегодня те, кто владеет самыми продвинутыми технологиями, не могут повторить этот успех. Мы разберем прошлое и настоящее, опираясь на факты и цифры, чтобы понять, как строится величие нации. В период после Гражданской войны «Восточный истеблишмент» успешно сочетал промышленное развитие с государственным строительством, создав уникальный симбиоз бизнеса, политики и права. Нынешнее руководство Кремниевой долины, несмотря на свое богатство, утратило связь с национальными интересами и превратилось в изолированный класс, не имеющий внятной гражданской философии и неспособный сформулировать содержательный проект будущего, ограничиваясь лишь поверхностной риторикой вместо реальной ответственности перед нацией.

Путь Джереми Грэнтэма к управлению миллиардными активами начался с полного краха. В 1960-х он поддался рыночной эйфории, вложившись в идею привезти «Формулу-1» в США, а затем — в технологии, опередившие своё время. Итогом стали обвал акций и всего 5 000 долларов у семьи. Этот опыт сделал его одним из самых осторожных стоимостных инвесторов, научив игнорировать моду и опираться на фундаментальные цифры. Сегодня Грэнтэм — легендарный «охотник за пузырями», предсказавший крахи 1989, 2000 и 2008 годов, — предупреждает: рынок США вновь раздут до опасных уровней. Пока инвесторы скупают переоценeнные технологические акции, он переводит капиталы в Японию, считая, что американские элиты, как и в 1929 году, игнорируют долгосрочные риски, веря в вечный рост.

Представь себе, что ты идешь по лесу и вдруг понимаешь, что под ногами больше нет твердой земли. Вокруг только вязкая, серая жижа, которая чавкает при каждом шаге и затягивает тебя все глубже. Ты оглядываешься назад — там болото. Смотришь вперед — и там тоже бесконечное болото. Это не просто грязь, это состояние души, когда кажется, что в жизни все идет наперекосяк, любые попытки что-то изменить проваливаются, а завтрашний день не обещает ничего, кроме новой порции этой липкой тоски. И неважно, как именно ты туда попал — из-за разваливающегося брака, провалов в учебе или если ты, будучи летным инструктором, никак не можешь научить пилотов не врезаться в горы, — силы, которые держат тебя в этом болоте, всегда одни и те же.

Долгое время, целых пятнадцать лет, американские компании были главными любимцами вкладчиков, оставляя весь остальной мир далеко позади. Однако в 2025 году ситуация резко изменилась, и иностранные рынки начали расти с удивительной скоростью. Пока привычный многим американский список крупнейших компаний S&P 500 показал рост на 18%, акции за пределами США (MSCI AC World ex-USA) подскочили более чем на 32%. В некоторых странах успех был просто ошеломляющим: например, рынок Южной Кореи (iShares MSCI South Korea ETF) вырос на невероятные 95%, а Бразилия (iShares MSCI Brazil ETF) прибавила 49%. Эксперты считают, что этот праздник жизни продолжится и в 2026 году, потому что прибыли компаний растут, а процентные ставки по кредитам, наоборот, начинают падать.

Это фундаментальный вопрос. Не свернули ли мы всем миром куда-то совсем не туда и не оказались ли в нынешней очень плохой ситуации? Для многих молодых людей этот вопрос может показаться странным, потому что мир 1990-х — это далекое прошлое, о котором у них нет личного представления. Зато они хорошо знают такие понятия, как глобальный финансовый кризис, либеральный империализм и Вашингтонский консенсус.

Если я спрошу вас, чего вы хотите от жизни, а вы ответите, что хотите «быть счастливым, иметь хорошую семью и работу по душе», ваш ответ будет настолько не оригинален и предсказуем, что и особого смысла в нем не будет. Всем нравится, когда все хорошо. Все хотят вести беззаботную, счастливую и вольготную жизнь, влюбляться, вволю заниматься сексом, иметь хороших друзей, идеально выглядеть, отлично зарабатывать, быть популярными, уважаемыми, любимыми и крутыми настолько, что люди будут расступаться перед ними, словно Красное море перед Моисеем. Все этого хотят. Этого хотеть легко. Но есть вопрос поинтереснее, о котором большинство людей не задумывались: «Какой боли вы бы хотели в жизни? Ради чего хотели бы биться?». Ибо это в большей степени определяет характер нашей жизни.

Соперничество между компаниями — это то, что заставляет экономику двигаться вперед, создает новые изобретения и делает нас богаче. Почти все согласны, что честное состязание полезно, и для его защиты даже созданы специальные законы и государственные службы. Однако самое сложное — это понять, как именно измерить это соперничество. Часто те способы, которые используют чиновники и судьи, оказываются ошибочными и мешают развитию, запрещая объединения компаний, которые на самом деле могли бы принести пользу людям.