FastSaltTimesСтив Бартлетт, ведущий The Diary of a CEO, конечно, за девять в эфире лет научился кошмарить людей. На днях он сделал это с помощью Дэниэла Пристли (со-основатель акселератора Dent Global, британско-австралийский предприниматель, бизнес-коуч, инвестор и автор книг по предпринимательству и масштабированию бизнеса). Что именно говорит Пристли?
Разбор ключевых идей масштабного исследования Deloitte, посвященного глобальным тенденциям в области человеческого капитала на 2026 год. Старая модель бизнеса, где HR, IT и финансы сидят в своих «крепостях», официально мертва. Традиционные функции стали слишком медленными для мира, где технологии меняются быстрее, чем вы успеваете утвердить бюджет. Мы переходим от простого сложения «человек + машина» к умножению «человек × машина», но 86% компаний до сих пор не умеют этим управлять. Настоящее преимущество теперь не в технологиях, а в «оркестровке» — умении мгновенно собирать людей и ИИ вокруг конкретной проблемы. Те, кто продолжает цепляться за жесткие структуры, задыхаются от бюрократии, пока гибкие команды захватывают рынки. ИИ перестал быть просто игрушкой и стал полноценным участником рабочего процесса, меняя все — от того, как мы принимаем решения, до того, как мы вообще доверяем друг другу на работе.
Принято считать, что в фармацевтике побеждает тот, у кого лучше молекула. История расхождения Eli Lilly и Novo Nordisk показывает обратное. У обеих компаний препараты одного класса, схожие показания и сопоставимая эффективность. Но одна становится символом будущего роста, а другая — источником тревожных заголовков. Причина не в биохимии и не в патентах. Она — в том, как компании рассказывают о будущем, как заранее готовят рынок к следующему этапу и как формируют ощущение неизбежного успеха. В этом кейсе решает не то, что лежит в шприце, а то, что лежит в презентациях для инвесторов, в прогнозах менеджмента и в последовательности стратегических сигналов. Это история о том, как корпоративный нарратив превращается в финансовую реальность — и почему сегодня выигрывает не тот, кто первым придумал технологию, а тот, кто лучше продает свое завтра.
Нам кажется, что мы просто слушаем музыку и просто переписываемся. Что Spotify — это про плейлисты, а WhatsApp — про сообщения. Но в реальности мы ежедневно тренируем системы, которые изучают наши эмоции, привычки, страхи, одиночество и способы убегать от тишины. Эти платформы давно перестали быть сервисами. Они становятся средой обитания. Вопрос «куда движется Spotify» — это не про музыкальный бизнес. Это вопрос о том, кто будет формировать наш вкус, настроение и способность сосредотачиваться. Вопрос «что задумал WhatsApp» — это не про мессенджер. Это про будущую архитектуру человеческих связей, доверия и приватности. Компании такого масштаба проектируют реальность, в которой мы потом вынуждены жить. Если не понимать их траекторию, мы добровольно соглашаемся быть пассажирами в системе, которая переписывает правила общения, внимания и идентичности. И самое тревожное — пока мы считаем это «удобством», решения о том, какими станут наши отношения, одиночество и внутренний мир, принимаются без нас.
Мир больших денег часто кажется закрытым клубом, где говорят на непонятном языке. Однако раз в год лучшие управляющие капиталом собираются вместе, чтобы простыми словами объяснить, где сегодня лежат возможности для роста. В начале января в Нью-Йорке прошло собрание пяти признанных экспертов, которые управляют миллиардами и знают подноготную каждой крупной компании. Главная мысль этой встречи проста: даже в условиях, когда рынок кажется дорогим, всегда можно найти «алмазы», которые стоят дешевле своей реальной цены из-за временных трудностей или ошибок старого руководства. Эксперты выбрали акции, которые, по их мнению, принесут хорошую прибыль в ближайшие годы.
В мире, где скоростные алгоритмы и торговые роботы принимают решения за миллисекунды, легендарный инвестор Генри Элленбоген доказал, что человеческое понимание психологии и характера все еще стоит миллиарды. Мы раскроем, как «мальчик-вундеркинд с Капитолийского холма» превратил $8 млрд в $40 млрд, делая ставку на людей, а не на цифры. Вы узнаете, почему он называет свою работу «человек против машины» и как способность видеть скрытые закономерности позволяет находить будущие мировые бренды еще в зародыше, когда все остальные предрекают им скорое банкротство. В мире машин главным преимуществом инвестора остается интуиция и умение выстраивать доверительные отношения с основателями бизнеса. Это история о том, как один своевременный звонок и умение «читать» руководителя могут принести доходность в 100 раз больше вложенного. Истинное богатство создается не на быстрых спекуляциях, а на дисциплинированном терпении, сравнимом с выращиванием векового леса.
Бразилия, которую обычно не считают производственной державой, сумела создать одну из ведущих мировых компаний по производству самолетов — «Эмбраер». При этом остальные амбициозные бразильские программы (атомная энергетика, автомобилестроение, полупроводники) провалились, несмотря на все усилия Бразилии и огромные вложения. Этот успех «Эмбраер» кажется невероятным, и анализ его истории, наряду с рассмотрением противоположного примера бразильской промышленной политики, дает ценные уроки. Понимание нынешнего состояния Латинской Америки, состоящей в основном из стран, попавших в так называемую ловушку среднего дохода, может быть очень важным как для развитых стран, пытающихся вернуть себе способность производить, так и для развивающихся экономик Южной и Юго-Восточной Азии, да и по всему миру.
Простого сокращения затрат недостаточно, чтобы повысить производительность. Реальных результатов добиваются те немногие компании, которые осмеливаются внедрять новые решения, несмотря на риски.
Согласно традиционному взгляду на производительность экономики, она растет постепенно за счет коллективного повышения эффективности многих компаний. Однако новое исследование выявило обратное явление: львиная доля роста производительности приходится на совсем небольшое число компаний, которые предпринимают смелые стратегические шаги, на которые вынуждены реагировать другие игроки рынка.
Для Google главная тревога — что будет с поиском в долгосрочной перспективе. Большинство поисковых запросов легко можно переформулировать как вопрос для чат-бота, а это угроза главному источнику дохода Google за последние 25 лет — рекламе. Несколько AI-компаний уже разрабатывают автоматических помощников для покупок на базе LLM, и в прессе уже появляются статьи о том, как продавать товары этим помощникам, а не напрямую людям. Google тоже работает над таким помощником — Project Mariner, — но если люди начнут его использовать, спрос на поисковую рекламу упадeт. И тогда Google уже не будет иметь тех преимуществ на рынке, о которых шла речь в антимонопольных делах. Многие испытывают ностальгию по старому поиску Google. Использование чат-бота существенно отличается от классического поиска. Классический поиск поиск Google 2000-х и 2010-х годов выводил пользователя наружу, в открытый интернет, и неявно побуждал его критически оценивать найденную информацию.
На протяжении многих лет Ирландия вела целенаправленную политику по привлечению мировых гигантов, и прежде всего, технологических корпораций из США. Эта стратегия началась задолго до прихода Meta и Google, когда страна, находившаяся в непростом экономическом положении, сделала историческую ставку на привлечение прямых зарубежных инвестиций, видя в этом единственный путь к процветанию. Изначально, в середине XX века, это были фармацевтические компании и первые производители компьютеров, но со временем главным магнитом стало предложение крайне низких налоговых ставок на прибыль, составлявшее всего 12,5% — ставка, которая долгое время оставалась одной из самых низких в развитом мире и стала визитной карточкой страны.