Предыдущий пост про геополитические идеи историка Ниала Фергюсона на удивление стал популярен в сети. В Давосе несколько дней назад Ниал дал еще одно интервью. Более простое, откровенное, злое и радикальное, на что европейцы и канадцы отреагировали крайне остро и негативно, обрушившись на него с критикой. Но свои 240+ тысяч просмотров и тысячи комментариев Ниал быстро собрал. А ведущий беседы даже сказал, что Фергюсон — не просто ученый, а своего рода «интеллектуальный поводырь», которое помогает богатым и влиятельным людям в Давосе понять, что вообще происходит с нашей планетой. Что же говорит Ниал Фергюсон?
Метка: Финансы
Джим О’Шонесси — американский инвестор, предприниматель и один из самых известных сторонников количественного (основанного на данных) подхода к инвестированию. Стал широко известен благодаря книге What Works on Wall Street, в которой на больших массивах исторических данных показал, какие инвестиционные стратегии действительно работали на фондовом рынке США на протяжении десятилетий, а какие — нет. О’Шонесси был одним из пионеров «факторного инвестирования». Основал компанию O’Shaughnessy Asset Management, управлявшую миллиардами долларов, а позже — O’Shaughnessy Ventures, которая инвестирует в технологии, медиа, ИИ и научные исследования. В последние годы он известен не только как инвестор, но и как мыслитель на стыке финансов, науки и будущего — активно рассуждает о роли случайности, сложных систем и искусственного интеллекта в принятии решений и развитии экономики. Послушал его недавнее интервью. Что говорит?
Мир стоит на пороге величайшего кризиса в истории человечества. Тони Роббинс предупреждает: следующие 10 лет «сломают» многих, так как скорость изменений из-за ИИ станет беспрецедентной. Мы входим в эпоху «сжатого времени», где технологии изменят мир за считанные годы, не оставляя времени на адаптацию. Когда ИИ заменит вашу работу, вы столкнетесь с «страданием от потери идентичности» — глубочайшей депрессией от ощущения собственной ненужности. Готовы ли вы к реальности? Жизнь циклична: политические и экономические кризисы уже случались раньше, и только те, кто видит структуру в хаосе, смогут «запрыгнуть» в окно возможностей. Роббинс делится уроками своего тяжелого детства, доказывая, что страдание — это либо приговор, либо топливо для миссии. Узнайте, какие три решения вы принимаете каждую секунду, и почему ваша вера — это невидимая сила, которая либо строит вашу судьбу, либо окончательно ее разрушает.
Мир больших денег часто кажется закрытым клубом, где говорят на непонятном языке. Однако раз в год лучшие управляющие капиталом собираются вместе, чтобы простыми словами объяснить, где сегодня лежат возможности для роста. В начале января в Нью-Йорке прошло собрание пяти признанных экспертов, которые управляют миллиардами и знают подноготную каждой крупной компании. Главная мысль этой встречи проста: даже в условиях, когда рынок кажется дорогим, всегда можно найти «алмазы», которые стоят дешевле своей реальной цены из-за временных трудностей или ошибок старого руководства. Эксперты выбрали акции, которые, по их мнению, принесут хорошую прибыль в ближайшие годы.
Мир, каким мы его знали со времен окончания Второй мировой войны, перестал существовать в 2025 году. Источники фиксируют исторический надлом: легендарные американские заводы, такие как Ford в Кельне, сокращают тысячи рабочих мест и закрывают смены, в то время как всего в нескольких часах езды китайские гиганты вроде CATL открывают сверхсовременные фабрики и нанимают тысячи местных рабочих. Пока США при Трампе пытаются силой или тарифами «затащить» производство обратно домой, Китай превращается из «мировой фабрики» в главного мирового инвестора. Впервые в истории объем прямых инвестиций из Китая превысил американские показатели, составив 10% от общемировых. Это больше не скупка престижных отелей ради имиджа — это строительство реальной инфраструктуры будущего: от гигантских химических заводов в Индонезии до дата-центров TikTok в Бразилии.
Письмо №562
В тот же момент, когда «Машина Модерна» была запущена, около 1600 года, начала формироваться альтернативная цивилизационная логика. Назовем ее «Машиной дивергенции». Если модерн был «Машиной конвергенции» — стандартизации, унификации и сведения различий к общему знаменателю, — то новая «Машина» оптимизирована под расхождение, множественность и асинхронность. Она не устраняет различия, а усиливает их; не приводит все к единому порядку, а допускает сосуществование несовместимых режимов. Зачатки этой «Машины дивергенции» проявляются в научных революциях, колониальных столкновениях, финансовых инновациях и, в более поздний период, в цифровых технологиях и сетевых формах организации. В отличие от модерна, у нее нет единого центра и завершенного проекта. Она строится фрагментарно, поверх старых институтов, часто паразитируя на них. Именно поэтому сегодня мы наблюдаем не резкий «конец модерна», а длительный фазовый переход, в котором старые «машины» постепенно выводятся из эксплуатации, а новые — еще не полностью введены в строй.
Мы привыкли считать, что Кремниевая долина — это центр мира, но в то время как США гордятся своими 30 гигаваттами солнечной энергии, Китай вводит 300 гигаватт в год — ровно в десять раз больше. Пока в Америке не строится ни одного атомного реактора, Китай возводит 33 станции одновременно, закладывая фундамент для доминирования в сфере ИИ. Китай не боится «плохих показателей прибыльности», он борется за долю рынка и физический контроль над вещами. Прогнозируется «второй китайский шок»: сценарий, при котором все, что вы трогаете руками будет производиться в одной стране. Этот текст отрезвляет тех, кто считает, что контроль над программным обеспечением важнее контроля над заводами и энергетической инфраструктурой, где создается реальная производственная и энергетическая база, необходимая для доминирования.
Путь Джереми Грэнтэма к управлению миллиардными активами начался с полного краха. В 1960-х он поддался рыночной эйфории, вложившись в идею привезти «Формулу-1» в США, а затем — в технологии, опередившие своё время. Итогом стали обвал акций и всего 5 000 долларов у семьи. Этот опыт сделал его одним из самых осторожных стоимостных инвесторов, научив игнорировать моду и опираться на фундаментальные цифры. Сегодня Грэнтэм — легендарный «охотник за пузырями», предсказавший крахи 1989, 2000 и 2008 годов, — предупреждает: рынок США вновь раздут до опасных уровней. Пока инвесторы скупают переоценeнные технологические акции, он переводит капиталы в Японию, считая, что американские элиты, как и в 1929 году, игнорируют долгосрочные риски, веря в вечный рост.
Долгое время, целых пятнадцать лет, американские компании были главными любимцами вкладчиков, оставляя весь остальной мир далеко позади. Однако в 2025 году ситуация резко изменилась, и иностранные рынки начали расти с удивительной скоростью. Пока привычный многим американский список крупнейших компаний S&P 500 показал рост на 18%, акции за пределами США (MSCI AC World ex-USA) подскочили более чем на 32%. В некоторых странах успех был просто ошеломляющим: например, рынок Южной Кореи (iShares MSCI South Korea ETF) вырос на невероятные 95%, а Бразилия (iShares MSCI Brazil ETF) прибавила 49%. Эксперты считают, что этот праздник жизни продолжится и в 2026 году, потому что прибыли компаний растут, а процентные ставки по кредитам, наоборот, начинают падать.
Это фундаментальный вопрос. Не свернули ли мы всем миром куда-то совсем не туда и не оказались ли в нынешней очень плохой ситуации? Для многих молодых людей этот вопрос может показаться странным, потому что мир 1990-х — это далекое прошлое, о котором у них нет личного представления. Зато они хорошо знают такие понятия, как глобальный финансовый кризис, либеральный империализм и Вашингтонский консенсус.
