Мечтаешь о карьере в инвестбанкинге или хедж-фондах? Думаешь, у тебя есть четыре года, чтобы во всем разобраться? Забудь. Пока ты пакуешь чемоданы в колледж, твои будущие конкуренты уже расписали карьеру до 2030 года. Вы — родители? Вы потратили годы и целое состояние, чтобы ваш ребенок поступил в лучший университет мира. Но знали ли вы, что настоящая битва начинается не в аудиториях, а в закрытых студенческих клубах на второй неделе обучения? Пока вы мечтаете о блестящем будущем для ребенка, он до полуночи зубрит финансовые модели, чтобы пройти унизительное интервью у… такого же студента-второкурсника. На Уолл-стрит больше не ждут дипломов — там ждут тех, кто готов отказаться от поиска себя и «ненужного» любопытства в 18 лет. Современная система найма в финансах превращает «лучшие годы жизни» в бесконечный стресс-тест. Даже главы крупнейших банков в ужасе от этой гонки.
Метка: Образование
Что, если главный навык XXI века — не программирование и не менеджмент, а умение каждый год начинать жизнь с нуля? Появился колледж, который построил всю образовательную модель вокруг этой идеи. Студенты учатся в трех странах, каждый год меняя город, жилье, среду и социальный круг. Здесь переезд считается таким же учебным инструментом, как семинар или экзамен. Образование превращают из фабрики дипломов в «человеческое приключение» и есть надежда, что именно так университеты смогут выжить в эпоху ИИ. Создатели проекта уверены: характер, мышление и социальные навыки формируются не только в аудитории, но прежде всего в столкновении с новой средой. В результате возникает необычный гибрид: классический британский диплом, кочевой образ жизни и почти семейная атмосфера. Может ли такая модель стать альтернативой массовому высшему образованию — или это элитный эксперимент для избранных?
Современное руководство для молодежи по построению карьеры в эпоху стремительного развития технологий
Гарикано — испанский экономист, профессор экономики и публичной политики в Лондонской школе экономики (LSE), один из заметных европейских интеллектуалов, работающих на стыке академической экономики, институционального анализа и практической политики. Специализируется на экономике организаций, рынках труда, производительности, инновациях и институциональном устройстве государств, а также на проблемах экономического развития Европы. Активно участвовал в политике. Был депутатом Европейского парламента и занимал пост вице-пресидента группы Renew Europe, где занимался вопросами экономической политики ЕС, цифровой трансформации, промышленной стратегии и реформ европейских институтов.
Это эссе посвящено ключевым идеям Элисон Гопник — выдающегося психолога и философа из Университета Беркли, которая посвятила жизнь изучению того, как дети познают мир. Ее взгляды переворачивают привычные представления о том, что значит быть ребенком, как работает наш мозг и почему современное образование и ИИ устроены совсем не так, как нам кажется. Элисон утверждает: младенцы — это самые эффективные вычислительные машины на планете. Пока взрослые ученые упрямо держатся за старые теории ради грантов, трехлетние дети ведут себя как «идеальные байесовцы» — они мгновенно обновляют свою картину мира, сталкиваясь с новыми фактами. Детский мозг постоянно генерирует безумные, случайные и смелые идеи, чтобы прощупать границы реальности. В то время как сознание взрослого — это узкий луч прожектора, сосредоточенный на выживании, сознание ребенка — это яркий фонарь, освещающий все вокруг одновременно.
Письмо №560
Миф о том, что колледж больше не нужен, окончательно рухнет. Хотя все любят истории о том, как миллиардеры бросали учебу, обычным людям лучше не брать с них пример. Статистика неумолима: те, кто окончил колледж, зарабатывают в два раза больше тех, у кого нет диплома. У выпускников меньше проблем с лишним весом, они реже разводятся и реже сводят счеты с жизнью. В среднем они живут на шесть лет дольше. После спада во время пандемии количество желающих учиться снова растет. Главная проблема высшего образования — это не его бесполезность, а заоблачная цена. За 25 лет стоимость обучения выросла на 32–53%. Это происходит потому, что университеты стали вести себя как люксовые бренды: они специально ограничивают места, чтобы казаться исключительными и поднимать цены быстрее инфляции. Им нужно вспомнить, что их задача — учить людей, а не продавать право на элитный статус.
Тратить жизнь
Современная цифровая жизнь не дает вам ничего — она только заставляет время проходить быстрее и оставляет вас одиноким. Вы когда-нибудь ловили себя на пугающей мысли, глядя на красивый пейзаж: «А не смотрю ли я сейчас в экран?». Мы настолько привыкли видеть мир через камеру телефона, что граница между реальностью и картинкой начала стираться. Мы даже думать начали шаблонами из интернета: во время мытья посуды мозг выдает бесконечные варианты глупых шуток для Твиттера и идеи о кадрах для Инсты. Но ваше внимание — это единственный актив, который у вас есть, и «паразитическая экономика» пожирает его, лишая вас индивидуальности.
Письмо №559
Oфициальная «черта бедности» США основана на устаревшей формуле, умножающей минимальную продуктовую корзину 1963 г. на три. Эта мера давно не отражает современных затрат на жилье, здравоохранение, уход за детьми и транспорт. При честной реконструкции «критический минимум» для семьи из четырех человек оказывается около 140 000 $ вместо официальных ~31 200 $. Отсюда главный тезис: проблема не в том, что люди «плохо считают», а в том, что общество использует показатель бедности, который системно занижает масштаб экономической нестабильности и делает ее статистически невидимой. В результате миллионы домохозяйств формально «не бедны», но фактически живут на грани срыва, что показывает, что многие семьи, считающиеся «выше бедности», на самом деле живут в экономической нестабильности.
Швеция, часто называемая самой счастливой страной в мире и одной из самых технологически продвинутых на Земле, стала местом радикального социального эксперимента. Долгое время шведские родители, педагоги и политики, ценящие детскую самостоятельность, с энтузиазмом внедряли цифровые технологии, позволяя детям «беспрепятственно бродить по онлайн-пространству». Результатом стал резкий провал. После 2012 года психическое здоровье подростков ухудшилось, а школьные результаты пятнадцатилетних шведов упали до самых низких показателей за десятилетие. Однако страна очнулась от морока, признав риски, и совершила радикальный поворот, несмотря на критику со стороны BigTech и обвинения в «отсталости». В 2024 году были введены первые в истории страны жесткие рекомендации по экранному времени, а общенациональный запрет телефонов в школах вступит в силу с 2026 года. Правительство открыто заявило, что «возвращает книги, карандаши и бумагу» детям.
Иэн Бреммер негодует. Иэн Бреммер — известнейший американский политолог, эксперт в области внешней политики США, развития евразийских государств и глобальных политических рисков. Основатель и президент исследовательского центра Eurasia Group. С 2014 года постоянный колумнист и обозреватель журнала Time. Профессор глобальных исследований в Нью-Йоркском университете. Окончил Стэнфордский университет. Автор множества книг, в том числе Every Nation for Itself: Winners and Losers in a G-Zero World («Каждая нация сама за себя: Победители и проигравшие в мире G-ноль») и The End of the Free Market: Who Wins the War Between States and Corporations («Конец свободного рынка: Кто победит в войне между государствами и корпорациями»).
Письмо №552
Когда Китай начал реформы в конце 1970-х, преобладало мнение, что «рыночный социализм» вскоре рухнет под тяжестью собственных противоречий. Когда он вступил во Всемирную торговую организацию в 2001 году, консенсус заключался в том, что экономическая либерализация неизбежно приведет к политической — что Китай постепенно приблизится к западной модели. Когда этого не произошло, тот же хор заявил, что политический контроль задушит экономический рост. Когда рост продолжился, хор сменил мотив — заговорил о демографическом кризисе, долговом кризисе или «перепроизводстве». Прогнозы менялись, но психология оставалась прежней.
