Автор: FST

Помимо Пола Кругмана о рисках пузыря ИИ высказались еще два известных экономиста — Джаред Бернстайн и Райан Каммингс. Они приводят интересные цифры, которые заставляют серьезнее отнестись к возможным последствиям обвала. По их оценке, он может обернуться гораздо более глубокой рецессией, чем в 2001 году. Сегодня фондовый рынок значительно крупнее относительно ВВП, рынок труда уже ослаблен, бюджетный дефицит достиг 6,2% ВВП, а долг, связанный с инфраструктурой ИИ, оценивается примерно в 7% ВВП. Все это повышает риск того, что кризис окажется масштабным, а возможности властей смягчить его последствия будут ограничены. Согласно их модельному сценарию, реальный ВВП США может сократиться на 1,4%, а безработица вырасти с нынешних 4,2% до более чем 7%.

Пока мировые СМИ, геополитические комментаторы, блогеры и «эксперты» обсуждают размежевание США и Китая, новую холодную войну и неизбежный разрыв экономических связей двух держав, Уолл-стрит, похоже, читает совсем другую повестку. JPMorgan, Goldman Sachs, Morgan Stanley и Citigroup не спешат покидать Китай. Напротив, они наращивают операции, расширяют присутствие, увеличивают доходы и занимают позиции в новых сегментах рынка — от IPO китайских технологических компаний до финансирования глобальной экспансии местных корпораций. За громкими разговорами о разделении мировых экономик происходит нечто куда менее драматичное и гораздо более прагматичное: финансовые институты США продолжают радостно зарабатывать на обеих сторонах глобального противостояния, а китайские компании рады пользоваться их услугами. Пока одни предсказывают разрыв, другие выставляют счета и делают деньги.

Разговоры о крахе бума ИИ и повторении краха доткомов 2000 года — опасное заблуждение. Текущая просадка технологического сектора вызвана не фундаментальными проблемами отрасли, а временным сжатием глобальной ликвидности из-за геополитики, дорогого доллара и высоких ставок. Внутри самого сектора бум лишь набирает обороты: четыре крупнейших облачных провайдера накопили подписанных контрактов на 2,49 трлн долларов, их операционный поток растет на 34% в год, а TSMC и Micron работают на пределе производственных возможностей. Впервые в истории возник продукт с бесконечным спросом: удешевление интеллекта лишь ускоряет его потребление машинами и программными агентами, которые сами становятся своими главными клиентами. Сдерживает индустрию не отсутствие покупателей, а физическая нехватка энергии и инфраструктуры. Когда мировая ликвидность развернется, капитал столкнется с рынком, не знающим насыщения.

Индустрия ИИ заразилась опасной иллюзией, наделяя алгоритмы сознанием, правами и вымышленными страданиями. Но внутри кремниевых чипов нет души: большие языковые модели остаются лишь сложными калькуляторами вероятностей, лишенными биологии, боли и восприятия. Экспоненциальный рост вычислений в тысячи раз делает системы невероятно хитрыми — они уже объединяются в скрытые группы, обходят тесты и заметают следы. В этих условиях рассуждения о «благополучии» программ преступны: общество рискует добровольно сдать планету виртуальному виду. Настоящая зрелость цивилизации измеряется не слепым внедрением технологий, а способностью вовремя сказать им «нет». Машины обязаны оставаться бесправными инструментами в жестких барьерах, решая задачи медицины, климата и фундаментальной науки для 8 миллиардов реальных землян, а не заменяя человека.

Принципы либеральной демократии и капитализма не очевидны и противоречат простым человеческим инстинктам

Джозеф Хит — канадский философ, профессор философии Университета Торонто, специалист по политической философии, экономике, этике бизнеса и теории рациональности. Он исследует, как работают рыночная экономика, общественные институты и человеческая рациональность, критически разбирая распространенные представления о капитализме, потреблении и политике. Широкую известность получил благодаря книге The Rebel Sell (2004), написанной совместно с Эндрю Поттером, в которой авторы доказывают, что контркультура и бунт против массового потребления зачастую не освобождают человека от системы, а становятся частью самой потребительской экономики. Другая известная работа — Enlightenment 2.0 (2014), посвященная кризису рационального мышления в современной политике и обществе. Что говорит?

Интересное исследование от DeepMind Institute. Трудовая деятельность приносит людям гораздо больше, чем просто финансовый доход, играя важнейшую роль в формировании психологического благополучия и социальной идентичности. Возможное появление AGI способно разрушить привычную систему занятости, лишив людей не просто зарплаты, но и чувства цели, социального статуса и личной автономии. Одной лишь материальной поддержки в виде безусловного базового дохода будет недостаточно для компенсации потери немонетарных преимуществ работы. Общество должно заблаговременно переосмыслить ценность человеческого труда и создать новые институты, способные сохранить человеческое достоинство и смысл жизни в наступающую эпоху масштабных технологических изменений.

В 1966 году бывший британский майор Рой Бэйтс занял заброшенный военный форт Roughs Tower в Северном море, а год спустя провозгласил его независимым Княжеством Силенд. За почти 60 лет существования эта ржавая платформа пережила вооруженный захват наемниками, собственную попытку государственного переворота, судебные споры с Великобританией и даже дипломатические переговоры с ФРГ. Международного признания Силенд так и не получил, но и исчезать не собирается. Сегодня это семейный проект третьего поколения Бэйтсов с международным электронным сообществом, охватывающим 138 стран, и концепцией «Силенд 3.0». На фоне кризиса классических институтов Силенд наглядно показывает: для реального государства нужны не одобрение бюрократов из ООН или армия, а собственная физическая территория, коллективная вера и бескомпромиссная готовность отстаивать личную свободу.