Метка: Книги

Путь в большой бизнес начался у Коди совсем не в уютных кабинетах Уолл-стрит. Обучение в Школе журналистики имени Уолтера Кронкайта при Университете штата Аризона заложило основу для умения раскапывать суть вещей. Выигранная в студенческие годы премия Ховарда Баффета, сына легендарного инвестора, позволила отправиться в опасную командировку на границу США и Мексики. Жизнь в приграничных зонах между Эль-Пасо и Хуаресом, который в то время из-за жестокой войны картелей Синалоа и Сонора называли «Городом смерти», стала жестким испытанием. Вокруг происходили страшные вещи, бесследно исчезали тысячи работающих на фабриках женщин, а бандитские группировки устраивали погони за молодой журналисткой и ее фотографом. Суровый опыт полностью сжег в ней страх перед неудачами и общественным мнением. Когда ты своими глазами видишь тела, свисающие с мостов, глупо переживать о том, что о тебе подумают окружающие.

Идея о том, что искусственный интеллект является нейтральным инструментом вроде молотка или парового двигателя, оказалась глубоким заблуждением. На деле ИИ — это «механизированная традиция» и культурная технология, которая впитывает в себя ценности, предрассудки и историю того общества, где она была создана. Поскольку нейросети обучаются на текстах, написанных людьми, они не просто перерабатывают информацию, а зеркально отражают душу своих создателей. В результате мир раскалывается на несколько технологических «цивилизаций», каждая из которых закладывает свои правила жизни в программный код. Мы вступаем в эпоху, когда война ведется не только за территории, но и за то, чьи ценности будут «прошиты» в мозг машин, которые станут управлять нашими городами, армиями и даже мыслями.

Отмывание денег — это то, что делает возможным практически всю преступность, особенно те виды преступлений, которые государства заявляют своей главной заботой: наркотики и терроризм. Созданный для борьбы с этим аппарат не работает. Он также чрезвычайно дорог и создает безумное количество препятствий и неэффективных процедур для обычных людей и законного бизнеса. Правительства ничего не меняют в существующем порядке по целому ряду причин: им неудобно слишком глубоко заглядывать в самые темные уголки собственных финансовых систем, а на печатании собственной валюты они зарабатывают деньги и не слишком интересуются тем, как именно эти наличные используются. Но прежде всего они ничего не делают потому, что сами понятия не имеют, что происходит.

Само понятие «резервная валюта» или «ведущая валюта» — это в первую очередь способ упростить и стабилизировать наше восприятие хаотичного мира. Когда вокруг царит беспорядок, нам уютно думать, что есть некий незыблемый центр силы, вокруг которого всe вращается. Мы спрашиваем: «Что история говорит нам о будущем доллара как резервной валюты?», предполагая, что такая вещь вообще существует в неизменном виде. На самом деле этот термин скрывает динамичную и постоянно меняющуюся природу финансов. Использование таких названий заставляет нас верить в стабильность там, где еe нет. Мы цепляемся за слово «резерв», как за якорь, хотя современные деньги давно перестали быть просто запасом золота в подвале банка. Этот миф мешает нам заметить, что функции денег меняются.

Мы наблюдаем рождение новой отрасли, которую можно назвать «пространственной экономикой данных» (Spatial Data Economy). Cat bonds — лишь один из первых финансовых продуктов, построенных на этой инфраструктуре. В ближайшие 10–15 лет спрос на геопространственные данные, вероятно, будет расти не только со стороны страховщиков, но и банков, сельского хозяйства, логистики, энергетики, оборонной отрасли, девелоперов и управляющих активами. Поэтому при выборе инвестиций имеет смысл смотреть не только на компании, которые собирают данные из космоса, но и на тех, кто умеет превращать эти данные в прогнозы, оценки рисков и решения для бизнеса. Именно в этом сегменте сегодня формируется основная добавленная стоимость и именно здесь можно заработать инвесторам.