FastSaltTimesВ Китае уже начинает формироваться совершенно новый рынок, который еще несколько лет назад выглядел бы фантастикой: люди сдают в аренду собственные лица. Не свое время, не актерское мастерство и даже не право участвовать в съемках, а исключительно внешность, которую затем использует ИИ для создания цифровых персонажей.
Что останется у человека, когда интеллект станет таким же дешевым ресурсом, как электричество? Почему способность ждать, брать на себя ответственность и строить системы окажется ценнее самого ИИ? Мы собрали идеи Алекса Хормози о новых правилах конкуренции: почему большинство ИИ-стартапов обречены, зачем мыслить на 50 лет вперед, почему дисциплина становится важнее таланта, а человеческий риск — дороже любых алгоритмов. Речь даже не об искусственном интеллекте, а попытка понять, какие качества уже в ближайшие годы превратятся в главный дефицит, и почему самые дорогие навыки будущего невозможно автоматизировать.
Часто можно услышать, что в будущем роботы сделают все за нас, а люди будут сидеть без дела, играть на флейтах или гладить овечек в поле. Это глубокое заблуждение. На самом деле нас ждет не скука, а настоящий океан смысла, который будет буквально захлестывать и изматывать нас. Жизнь станет не пустой, а перенасыщенной событиями и вызовами. Проблема будет не в том, чем занять свободное время, а в том, как выжить в условиях, когда каждый ваш шаг и каждое решение приобретают огромный вес. Нам придется участвовать в перестройке всего, что нас окружает, и эта задача потребует колоссального напряжения сил. Смысл будет не просто присутствовать — он будет «пропитывать» все вокруг, доводя людей до состояния приятного, но глубокого истощения.
Мы изучили выжимку из стенограммы недавней четырехчасовой закрытой питч-видеоконференции, которую Лян Вэньфэн (основатель и CEO DeepSeek) провел с потенциальными инвесторами, и подготовили собственную подборку ключевых тезисов. Из них следует, что философия DeepSeek представляет собой манифест сдержанности и открытости в глобальной гонке за созданием AGI. Компания сознательно избегает жесткой иерархии и формальных KPI, полагаясь на общее видение команды. Вместо максимизации прибыли она придерживается модели минимально достаточной коммерциализации: стоимость API должна лишь покрывать инфраструктурные расходы. При этом DeepSeek делает ставку на открытый исходный код, рассматривая публикацию сильнейших моделей как способ ускорить развитие всей отрасли. Стратегическая цель компании — создание автономных ИИ-агентов, способных к непрерывному обучению и в перспективе к самостоятельной разработке новых поколений ИИ.
Мы привыкли спорить о том, заменит ли искусственный интеллект человека на поле боя. Но главный вопрос совсем другой. Пока общество обсуждает «роботов-убийц», ведущие державы уже перестраивают армии, разведку, командование и военную промышленность вокруг ИИ. Война XXI века — это не битва машин с людьми, а соревнование в скорости обработки данных, качестве разведки и способности принимать решения быстрее противника. На наших глазах возникает новый военно-технологический комплекс, где рядом с генералами стоят инженеры, программисты и крупнейшие IT-корпорации. Именно этот союз определит исход будущих конфликтов. Эта подборка 9 лучших современных книг объясняет, почему главная революция происходит не в сфере вооружения, а в организации войны, и почему отставание в этой гонке может означать поражение еще до первого выстрела.
Забудьте про университетские дипломы — в мире ИИ они безнадежно устарели. Пока родители мечтают о престижных вузах, китайские технологические гиганты вроде ByteDance и Tencent выходят на охоту в средние школы, предлагая контракты на обучение тем, кому едва исполнилось тринадцать. Это не просто поиск талантов, это беспощадная гонка за «сырым интеллектом», где детство превращается в инвестиционный актив. К 2030 году Китай столкнется с нехваткой 5 миллионов специалистов, и корпорации больше не намерены ждать, пока неповоротливая система образования подготовит кадры. Компании вроде Geely готовы нанимать подростков сразу после школы, выплачивая им зарплаты на уровне выпускников университетов. Наступает эпоха, когда ваш ребенок становится ценным ресурсом для ИИ-индустрии раньше, чем успевает получить паспорт. Готовы ли мы к миру, где корпоративная воронка найма начинается прямо в школьном классе?
Bayeslord на днях выдал 46 мыслей о ближайшем будущем на полтора миллиона просмотров. Получился масштабный прогноз развития ИИ и его влияния на цивилизацию, Автор утверждает, что мы вступаем в фазу взрывного алгоритмического прогресса и что автоматизация затронет не только физический труд через массовую роботизацию, но и саму научную деятельность, создавая самосовершенствующийся цикл познания, который может сжать тысячелетия инноваций в десятилетия. Ключевая мысль заключается в том, что мир стоит на пороге фундаментальной трансформации экономики, политики и человеческой психики, где привычные социальные структуры могут рухнуть под давлением сверхразумных систем. Речь идет о наступлении эры экстремальной неопределенности, требующей переосмысления вопросов безопасности, распределения власти и самого определения человеческих прав перед лицом неизбежной технологической сингулярности.
Мы проявляем невероятную гордыню, полагая, что нынешний уровень человеческого сознания — это пик того, что вообще возможно во Вселенной. В реальности человеческая осознанность — это лишь слабое, мутное мерцание, которое едва втискивается в биологический орган размером с кокос. Мы считаем себя «пробужденными», но на самом деле мы похожи на водителя, который провел за рулем два часа и не может вспомнить ни одного из тысяч домов или людей, мимо которых проехал. Мы существуем в «каморке дворника» огромного собора возможных способов бытия, будучи уверенными, что наш крохотный уголок — это и есть все мироздание. Разница между нашим сознанием и разумом, который сможет работать на компьютере размером с планету или целую галактику, будет больше, чем разница между нами и блохой. Так же как мозг обезьяны физически не способен понять, что такое юмор, наука или музыка, наш нынешний мозг может быть просто «слеп» к высшим ценностям и смыслам, которые существуют во Вселенной.
За последний год было опубликовано около десяти серьезных книг о роли ИИ на войне. Подписчики FST в курсе выхода данных новинок. Сегодня подробнее расскажем об одной книге 2025 года. Мы привыкли к образу войны как битвы танков и самолетов, но эпоха стали и нефти подошла к концу. Сегодня на поле боя правит не калибр пушки, а скорость обновления софта. Энтони Кинг в своем фундаментальном труде срывает маску с «восстания машин» и обнажает реального монстра — новый военно-технологический комплекс. Это уже не союз генералов и сталелитейных заводов, а неразрывное сращивание военной машины с облачными гигантами Кремниевой долины. Если раньше армия владела своими пушками, то теперь она арендует «ум» у частных корпораций. Кто на самом деле управляет войной, когда доступ к данным стоит дороже, чем боекомплект? Почему вчерашние либертарианцы-айтишники стали авангардом технонационализма? Этот текст — о том, как данные стали главным оружием, а война превратилась в сервис.
В июле наши старые знакомые экономисты Дарон Аджемоглу, Дэвид Аутор, Килан Бёрн и Эндрю Скотт опубликовали работу о том, что снижение рождаемости и уменьшение доли молодых работников не тормозят экономический рост, а, напротив, стимулируют технологические инновации и автоматизацию, что повышает производительность труда и доходы на одного работающего человека. И мировые СМИ и блоги никак не могут успокоиться по этому поводу. Шквал публикаций. Например, что пишут в WSJ?