Автор: FST

«…Все понимали, что нужна новая парадигма. Вопрос заключался в том, какой она будет. Общий консенсус среди интеллектуалов заключался в том, что новая экономика будет организована вокруг борьбы с изменением климата. Быстрая декарбонизация потребует значительного увеличения государственных инвестиций и регулирования. Некоторые добавляли в это идею расширения государства всеобщего благосостояния, чтобы обеспечить широкую поддержку населения и ограничить число людей, которые лично проиграют от сдвига. Многие утверждали, что борьба с изменением климата будет похожа на войну, повторяя риторику Джимми Картера об энергетической независимости. В конечном итоге эти идеи вылились в «Новый зеленый курс» (Green New Deal), представленный в 2019 году. И не прошло и трех лет, как этот курс быстро умер. Теперь все ставки на военную экономику. Климатическая парадигма, столь популярная еще несколько лет назад со свирепой Гретой, в новом мире может сыграть лишь как еще один второстепенный и поддерживающий основное повествование стимул для управления поведением людей и их потреблением и для перераспределения ресурсов в пользу военной экономики. Вот новый курс мира…»

«…После того разговора я вернулся в компанию. В то время у нас было 60-70 сотрудников. Я сказал: «Хорошо. Что ж, нам нужно выяснить, как заработать деньги». Первый вопрос, который возник у всех, был: «Почему?». Я сказал: «Ну, компании зарабатывают деньги. Так они поддерживают себя». Они такие: «Ну, мы прекрасно обходились без этого». Тогда мне пришлось объяснить, что вы просто не можете привлекать венчурный капитал вечно. Тогда они говорят: «Ладно, хорошо. Мы тебя понимаем. Нам нужно зарабатывать деньги. Как мы собираемся это сделать?» Тогда я говорю: «Ну, может быть, мы можем размещать рекламу в конце каждого урока». Они такие: «Нет, нет, нет. Реклама — это зло. Не ставь рекламу». Я: «Хорошо. А как насчет подписки?». Они такие: «Нельзя брать с людей деньги. Нельзя этого делать». Как будто вся компания была против монетизации. Нам потребовалось около шести месяцев, чтобы убедить всех в компании, что монетизация — это не плохо, и что на самом деле она позволит нам заработать много денег, мы сможем использовать их для инвестиций и развития обучения. Люди в конце концов поняли это, но на это потребовалось время…»