FastSaltTimesПредставьте себе мир, в котором компьютеры такие же маленькие и невесомые, как частицы пыли. Вы не сможете их увидеть, но эти мини-машины будут повсюду: вы даже можете дышать ими. И они могут быть запрограммированы на определенные действия роями в миллионы единиц. Во вред или во благо.
Сегодня взглянем на книги, которые вызвали у нас интерес в январе и которые на слуху у мировой интеллектуальной элиты. Но для начала вспомним, как душевно о книгах и чтении рассказывал Никколо Макиавелли в своем письме Франческо Веттори:
«…С наступлением вечера я возвращаюсь домой и вхожу в свой кабинет; у дверей я сбрасываю будничную одежду, запыленную и грязную, и облачаюсь в платье, достойное царей и вельмож; так должным образом подготовившись, я вступаю в старинный круг мужей древности и, дружелюбно ими встреченный, вкушаю ту пищу, для которой единственно я рожден; здесь я без стеснения беседую с ними и расспрашиваю о причинах их поступков, они же с присущим им человеколюбием отвечают. На четыре часа я забываю о скуке, не думаю о своих горестях, меня не удручает бедность и не страшит смерть: я целиком переношусь к ним…»
Будем надеяться, что в нашей сегодняшней подборке вы тоже найдете что-то себе по душе и что будет вам полезно.
Рид Хоффман — предприниматель, инвестор, писатель. Бывший исполнительный вице-президент PayPal, сооснователь LinkedIn, миллиардер и партнер венчурной фирмы Greylock Partners, рассуждает о философии, прогрессе, повлиявших на него книгах в детстве, настольных играх, HR, непонимании смысла дружбы, поиске талантов и т.п.
Кремниевая долина как пространство довольно невзрачна. Даже прогулка по Sand Hill Road, протяженностью в несколько кварталов, где расположены крупнейшие венчурные компании в районе Bay Area и в мире, никоим образом не вызывает никакого интереса. Что делает Долину тем, что она есть, так это ее нематериальные активы: ее люди, идеи и уникальные способы мышления о мире, которые слились воедино, чтобы создать наиболее прибыльную, быстрорастущую и влиятельную отрасль в истории человечества. Долина — это образ мышления: и он определяется психологией. Если мы хотим понять, как Долина оказалась в нынешней ситуации, нам достаточно посмотреть на людей, которые ее сформировали.
История о том, как самые странные и не очень, быть может, вам нравящиеся увлечения ребенка можно осветить как перспективный и интересный бизнес-проект, а также три десятка исследований с упором на ИИ, технологические тренды 2020 и под десяток новых книг из Антибиблиотеки.
Письма не будут однообразны. Вы также будете получать иногда прямо на почту в письмах и наши фирменные большие переводы. Питер Диамандис – более чем известный человек. Предприниматель, много сделавший для космической индустрии, исследователь технологий, писатель, футуролог. Мне он всегда импонировал своей простотой изложения мыслей, любознательностью, безудержным просто оптимизмом, умением все разложить по полочкам и своим кругозором.
Всем привет! Всех с наступившим новым годом! Как вы уже заметили, у нас все изменилось. Мы поменяли самописный движок на стандартный (что было критически важным), изменили дизайн, стали минималистичны, более удобны в мобильной версии, сменили юрисдикцию, и, что самое трудное и главное, сменили платежную систему.
У вас есть тысячи эмбрионов на выбор. Цвет кожи, рост, устойчивость к заболеваниям, физические параметры — вопрос выбора. Джейми Метцл в свой новой книге «Взламывая Дарвина» убеждает, что уже сейчас надо вырабатывать нормы, как мы будем жить в мире, когда сможем заниматься дизайном детей.
Можно делать вид, что удастся избежать использования ИИ в вооруженных силах и на войне, можно отказываться от участия в разработке военного ИИ, можно писать петиции, а можно погрузиться в работу в этой области и взять на себя ответственность за то, как именно ИИ будет применяться на поле боя.
Известный ученый Джаред Даймонд рассказывает о своей новой книге и рассуждает, что кризис у наций похож на кризис в семье, что мир может рухнуть к 2050 г. и что США могут погубить не Китай и внешние факторы, а идеология исключительности, гаджеты и атомизация политически поляризированного общества.