Метка: Геополитика

Забудьте о привычном образе Америки — район Залива (San Francisco Bay Area) превратился в нечто среднее между готическим хоррором и научно-фантастической сектой. Пока на Восточном побережье богачи вкладываются в оперу и музеи, калифорнийские миллиардеры могут спать на матрасах среди коробок из-под пиццы, тратя все силы на разработку сверхразума. Нас пугают прогнозами, что уже через несколько лет ИИ может превратить людей в подобие «корги при волках» — домашних питомцев при высшем разуме. Проблема в том, что этот «ИИ-психоз» ослепляет Запад. Пока американские «ботаны» спорят о конце света, американские политики объявляют очередные «моменты Спутника», а Европа медленно тонет в самодовольстве и низких зарплатах, Китай строит «Крепость»: инфраструктура, автоматизация, глубокие экосистемы и мастерство масштабирования делают страну устойчивой к внешним шокам.

Мы привыкли считать, что Кремниевая долина — это центр мира, но в то время как США гордятся своими 30 гигаваттами солнечной энергии, Китай вводит 300 гигаватт в год — ровно в десять раз больше. Пока в Америке не строится ни одного атомного реактора, Китай возводит 33 станции одновременно, закладывая фундамент для доминирования в сфере ИИ. Китай не боится «плохих показателей прибыльности», он борется за долю рынка и физический контроль над вещами. Прогнозируется «второй китайский шок»: сценарий, при котором все, что вы трогаете руками будет производиться в одной стране. Этот текст отрезвляет тех, кто считает, что контроль над программным обеспечением важнее контроля над заводами и энергетической инфраструктурой, где создается реальная производственная и энергетическая база, необходимая для доминирования.

Это фундаментальный вопрос. Не свернули ли мы всем миром куда-то совсем не туда и не оказались ли в нынешней очень плохой ситуации? Для многих молодых людей этот вопрос может показаться странным, потому что мир 1990-х — это далекое прошлое, о котором у них нет личного представления. Зато они хорошо знают такие понятия, как глобальный финансовый кризис, либеральный империализм и Вашингтонский консенсус.

Все началось в 2018 году, когда правительство Соединенных Штатов Америки решило наложить запрет на поставку сложных электронных деталей, а именно полупроводников, в Китай. Это событие стало настоящим переломом в мировой истории, ознаменовав конец времени, когда страны старались сотрудничать и торговать друг с другом без лишних преград. С того самого момента мир вступил в пору, которую можно назвать столкновением великих держав. В течение последующих лет, вплоть до 2024 года, на рынке сложилась четкая картина: дела в Америке шли в гору, и она казалась исключительной страной, в то время как вкладывать деньги в Китай считалось делом гибельным и бессмысленным. Любой, кто делал ставку на рост американских бумаг и на падение китайских, в то время процветал, и это была, пожалуй, единственная верная стратегия для заработка.

Известный экономист с замечательным именем Элизабет Экономи (директор азиатских исследований в Совете по международным отношениям США) опубликовала очередное огромное эссе, где фокусируется не на текущих торговых конфликтах, а на долгосрочной стратегии Пекина по установлению глобального доминирования в совершенно новых сферах. Элизабет утверждает, что, пока западные аналитики зациклены на тарифах и ограничениях на поставки полупроводников, Китай методично год за годом строит возможности и расширяет влияние в основополагающих системах, которые определят геополитику и экономику грядущих десятилетий.

В конце 2012 года Китай был уязвим: рекордная зависимость от импорта нефти и угля, а жизненно важные поставки легко перекрыть в таких критических морских точках, как Малаккский пролив. Чтобы устранить угрозу национальной безопасности, Си Цзиньпин инициировал «революционное преобразование» энергетической системы, страдающей от «технологической отсталости». Всего за десятилетие Пекин превратил эту уязвимость в мощнейшее геополитическое оружие против Запада, создав первую в мире «электродержаву». Китайский успех в электрификации ставит Китай в более сильную позицию для противостояния торговым и геополитическим потрясениям, которые могут наступить в ближайшем будущем. Китай уже давно обеспечивает доступ к критически важным ресурсам, построив крупнейшую и наиболее полную новую энергетическую промышленную цепь в мире.

Мы стоим на пороге великого экономического переворота, поскольку эра, движимая дешевыми вычислениями, дорогими лекарствами и генетически модифицированными организмами, подходит к концу. Эпоха, начавшаяся в 1971 году с создания микропроцессора и механизма рекомбинантной ДНК (которые легли в основу «Биотеха 1.0»), завершается, и мир ищет новые технологии общего назначения, которые смогли бы заменить старые двигатели роста. Этот момент является геоэкономическим и геополитическим переломным этапом.

Джон Торнхилл (FT), Цайвэй Чэнь (MIT Technology Review) и Гидеон Рахман (FT) мило побеседовали о битве за превосходство в области ИИ между Соединенными Штатами и Китаем и о том, что страны преследуют разные цели и используют уникальные стратегии.

Иэн Бреммер негодует. Иэн Бреммер — известнейший американский политолог, эксперт в области внешней политики США, развития евразийских государств и глобальных политических рисков. Основатель и президент исследовательского центра Eurasia Group. С 2014 года постоянный колумнист и обозреватель журнала Time. Профессор глобальных исследований в Нью-Йоркском университете. Окончил Стэнфордский университет. Автор множества книг, в том числе Every Nation for Itself: Winners and Losers in a G-Zero World («Каждая нация сама за себя: Победители и проигравшие в мире G-ноль») и The End of the Free Market: Who Wins the War Between States and Corporations («Конец свободного рынка: Кто победит в войне между государствами и корпорациями»).