Метка: Финансы

Мы привыкли считать фондовый рынок венцом прогресса, но источники предупреждают: он превратился в «дистопический симбиоз», который медленно убивает конкуренцию. Когда обычные люди, спасаясь от инфляции, вкладывают деньги в пассивные индексные фонды, они не выбирают лучшие компании — они автоматически накачивают деньгами тех, кто и так уже стал огромным. Это создает замкнутый круг: гиганты-платформы душат конкурентов, а капитал течет к ним просто по инерции. Статистика шокирует: если в 1960-х годах компании платили более 40% налогов, то сегодня эта цифра упала ниже 20%, а прибыль искусственно раздувается за счет выкупа собственных акций. Ваша вера в «безопасные индексы» — это путь к финансовому обрыву, где малейшее падение одной мега-компании вызовет крах сбережений миллионов людей, не имеющих никакой защиты.

Легендарный Майкл Бьюрри, прославившийся благодаря книге и фильму The Big Short, является одним из самых закрытых и необычных инвесторов нашего времени. Он избегает интервью, предпочитая работать в тишине. Однако его торговая активность регулярно вызывает бурные обсуждения, в том числе его недавняя ставка против так называемого «пузыря искусственного интеллекта». Недавно Майкл Бьюрри поговорил с Майклом Льюисом. Что поведал?

Наш старый знакомый замечательный Ручир Шарма, известный мыслитель и финансовый аналитик (ранее руководитель отдела развивающихся рынков и мировой макроэкономики в компании Morgan Stanley Investment Management ($20 млрд под управлением), а сейчас председатель правления Rockefeller International, основатель и главный инвестиционный директор Breakout Capital), видит современный мир, особенно американскую экономику, как поле битвы, где старые принципы капитализма ослаблены, а технологии создали невероятную, но парадоксальную концентрацию инвестиций.

Ряд его ключевых идей, изложенных в недавнем интервью, касающихся судьбы свободного рынка и новой технологической революции:

Рэй Далио, будучи опытным инвестором с более чем пятидесятилетним стажем, всегда стремился не только к финансовому успеху, но и к тому, чтобы делиться накопленными знаниями о том, как устроена реальность и какие принципы помогают успешно с ней справляться. Большая часть его философии сосредоточена на уроках истории. Он считает, что многие кризисы и экономические циклы повторяются по одним и тем же причинам. Далио предупреждает об особой опасности, возникающей, когда большие финансовые пузыри (то есть нереалистично раздутые цены на активы) совпадают с огромными разрывами в благосостоянии между людьми.

Мы стоим перед лицом беспрецедентной глобальной катастрофы, вызванной сочетанием снижения рождаемости и увеличением продолжительности жизни. Пока политики ищут решение, мир сталкивается с двойным ударом: депопуляцией на богатом Севере и климатическим кризисом на Юге, что делает массовую миграцию в XXI веке неизбежной. Как получилось, что в богатейших странах люди чувствуют себя слишком бедными для воспроизводства? Причина кроется в «цене возможностей». В процветающем обществе время становится самым дорогим ресурсом. Родительство требует огромного количества времени, а чем больше выбора у нас есть в жизни, тем больше мы боимся, что дети его ограничат. Этот процесс не является обратимым, так как для этого нам потребуется массовое и непопулярное перераспределение ресурсов от пожилых к молодым, что почти невозможно в обществах, где пожилые избиратели имеют численное превосходство.

Мне кажется, что алармисты по поводу ИИ и любители всеобщего базового дохода имеют крайне пессимистичное представление о том, на что вообще способны люди. Потерял работу из-за робота — значит, что, нужно что ли сидеть дома и до конца жизни получать пособие? Да? Это вписывается в общий тренд заниженных ожиданий, который развивается уже десятки лет, вероятно, с начала 1990-х. Клинтон разнес систему соцпособий. Мы что, потом складывали трупы голодающих, как дрова? Конечно же нет — люди крутились и находили работу, как и делает любой рациональный человек, если от этого зависит, что и когда он будет есть. Вот еще вещь, которой почти никто больше не делает: не можешь найти работу в своем городе? Тогда поезжай в другой! Географическая мобильность на самом деле падает — сильно падает — в последние годы. Да, частично это из-за технологий: можно работать по Zoom откуда угодно. Но частично это потому, что люди стали менее авантюрными.

Япония переживает кризис производительности труда, корни которого лежат в ее архаичной корпоративной культуре. Прибыльность компаний выросла благодаря реформам, начатым при Абэ, но этого недостаточно для долгосрочного роста. Новая администрация Такаити должна сосредоточиться на улучшении базовой экономической модели. Ключевая проблема: японские компании вкладывают меньше капитала по сравнению с конкурентами, такими как Южная Корея. Правительство может увеличить спрос на капитал через поощрение экспорта и преодолеть «долину смерти», мешающую небольшим, растущим компаниям получить финансирование. Центральным элементом этого плана является радикальное изменение финансовой системы: банки должны будут проявить «большую склонность к риску» и отказаться от консервативной осторожности. Анализ представляет шесть ключевых векторов развития экономики Японии.