Метка: Геополитика

Все началось в 2018 году, когда правительство Соединенных Штатов Америки решило наложить запрет на поставку сложных электронных деталей, а именно полупроводников, в Китай. Это событие стало настоящим переломом в мировой истории, ознаменовав конец времени, когда страны старались сотрудничать и торговать друг с другом без лишних преград. С того самого момента мир вступил в пору, которую можно назвать столкновением великих держав. В течение последующих лет, вплоть до 2024 года, на рынке сложилась четкая картина: дела в Америке шли в гору, и она казалась исключительной страной, в то время как вкладывать деньги в Китай считалось делом гибельным и бессмысленным. Любой, кто делал ставку на рост американских бумаг и на падение китайских, в то время процветал, и это была, пожалуй, единственная верная стратегия для заработка.

Известный экономист с замечательным именем Элизабет Экономи (директор азиатских исследований в Совете по международным отношениям США) опубликовала очередное огромное эссе, где фокусируется не на текущих торговых конфликтах, а на долгосрочной стратегии Пекина по установлению глобального доминирования в совершенно новых сферах. Элизабет утверждает, что, пока западные аналитики зациклены на тарифах и ограничениях на поставки полупроводников, Китай методично год за годом строит возможности и расширяет влияние в основополагающих системах, которые определят геополитику и экономику грядущих десятилетий.

В конце 2012 года Китай был уязвим: рекордная зависимость от импорта нефти и угля, а жизненно важные поставки легко перекрыть в таких критических морских точках, как Малаккский пролив. Чтобы устранить угрозу национальной безопасности, Си Цзиньпин инициировал «революционное преобразование» энергетической системы, страдающей от «технологической отсталости». Всего за десятилетие Пекин превратил эту уязвимость в мощнейшее геополитическое оружие против Запада, создав первую в мире «электродержаву». Китайский успех в электрификации ставит Китай в более сильную позицию для противостояния торговым и геополитическим потрясениям, которые могут наступить в ближайшем будущем. Китай уже давно обеспечивает доступ к критически важным ресурсам, построив крупнейшую и наиболее полную новую энергетическую промышленную цепь в мире.

Мы стоим на пороге великого экономического переворота, поскольку эра, движимая дешевыми вычислениями, дорогими лекарствами и генетически модифицированными организмами, подходит к концу. Эпоха, начавшаяся в 1971 году с создания микропроцессора и механизма рекомбинантной ДНК (которые легли в основу «Биотеха 1.0»), завершается, и мир ищет новые технологии общего назначения, которые смогли бы заменить старые двигатели роста. Этот момент является геоэкономическим и геополитическим переломным этапом.

Джон Торнхилл (FT), Цайвэй Чэнь (MIT Technology Review) и Гидеон Рахман (FT) мило побеседовали о битве за превосходство в области ИИ между Соединенными Штатами и Китаем и о том, что страны преследуют разные цели и используют уникальные стратегии.

Иэн Бреммер негодует. Иэн Бреммер — известнейший американский политолог, эксперт в области внешней политики США, развития евразийских государств и глобальных политических рисков. Основатель и президент исследовательского центра Eurasia Group. С 2014 года постоянный колумнист и обозреватель журнала Time. Профессор глобальных исследований в Нью-Йоркском университете. Окончил Стэнфордский университет. Автор множества книг, в том числе Every Nation for Itself: Winners and Losers in a G-Zero World («Каждая нация сама за себя: Победители и проигравшие в мире G-ноль») и The End of the Free Market: Who Wins the War Between States and Corporations («Конец свободного рынка: Кто победит в войне между государствами и корпорациями»).

Бертран Рассел, стенограмма радиопередачи BBC. “Почему фанатизм приводит к поражению” (23 сентября 1948):

…В настоящее время широко распространено убеждение, что те народы и отдельные люди, которые сохраняют рассудочность, хладнокровие и (в пределах здравого смысла) скептицизм, не могут рассчитывать на успех, если сталкиваются с системами, основанными на широко распространённых и фанатично разделяемых догмах. Это мнение особенно характерно для самих скептиков, которые склонны впадать в некое заворожённое оцепенение, когда сталкиваются с ослепительным напором могущественных, но интеллектуально ограниченных сектантов. Я не думаю, что история подтверждает представление о бессилии умеренных и научно ограниченных убеждений в борьбе с фанатизмом; напротив, мораль, которую можно извлечь из прошлого, скорее противоположна. Рассмотрим несколько примеров.

Соединенные Штаты Америки вступили в новую, необычную фазу экономической политики, в рамках которой федеральное правительство активно приобретает доли в частных компаниях. Это беспрецедентное вмешательство в свободный рынок мотивировано двумя главными целями: укреплением национальных цепочек поставок и обеспечением национальной безопасности. В этом стремлении пересечь традиционные правовые границы едины как представители Республиканской, так и Демократической партий.