В мире, где успех часто измеряется громкостью голоса и умением подать себя, долгое время не хватало человека, который бы заступился за тех, кто предпочитает слушать и думать. Одна из самых влиятельных мыслительниц современности сделала именно это: еe главная книга возглавляла списки бестселлеров в течение целых восьми лет, а еe выступления посмотрели десятки миллионов людей по всему миру. Прежде чем стать голосом миллионов «тихих» людей, она семь лет проработала корпоративным юристом, что дало ей глубокое понимание того, как устроена жесткая деловая среда изнутри. Сегодня еe деятельность сосредоточена на изучении человеческой хрупкости, подлинности и того, как наше умение чувствовать помогает нам выживать в эпоху ИИ. Еe вклад неоценим, потому что она изменила само представление о лидерстве и творчестве, доказав, что мягкая сила может быть эффективнее агрессивного напора.
Метка: Теория
Представьте, что вы решили построить дом. Большинство людей сначала наймут архитектора, нарисуют детальный план каждой комнаты, высчитают до копейки стоимость кирпича и только потом начнут копать яму под фундамент. В бизнесе нас учат так же: «Менеджмент — это прогнозирование/предсказание». Нам говорят: изучи рынок, посмотри графики, угадай, что купят через пять лет. Но в реальной жизни, особенно когда ты только начинаешь свое дело, все иначе. Есть удивительная женщина-ученый Сарас Сарасвати, которая решила выяснить, как на самом деле думают самые успешные предприниматели. Сарасвати, ученица нобелевского лауреата Герберта Саймона, одного из отцов искусственного интеллекта, доказала, что настоящие бизнес-гении делают все ровно наоборот.
Скотт Гэллоуэй — профессор Школы бизнеса Леонарда Н. Штерна в Нью-Йоркском университете, входит в список 50 лучших в своей профессии, преподаватель MBA, серийный предприниматель, публичный спикер, ведущий мега-популярных каналов, подкастов и блогов. Очень известная публичная фигура на интеллектуальном поле. Нам нравится наглый Скотт. В недавнем интервью Стивену Бартлетту: «Среди миллиардеров процветает скрытый нигилизм. Почти у каждого третьего из них есть «план эвакуации» на случай глобального кризиса: частные самолеты, готовые пилоты и бункеры в Новой Зеландии. Они больше не чувствуют себя частью общества, потому что их жизнь полностью отделена от проблем обычных людей. Когда 0,1% населения контролирует политику, но при этом живет в «стеклянном куполе», они перестают инвестировать в общее будущее, предпочитая мечтать о колонизации Марса».
Письмо №592
Само понятие «резервная валюта» или «ведущая валюта» — это в первую очередь способ упростить и стабилизировать наше восприятие хаотичного мира. Когда вокруг царит беспорядок, нам уютно думать, что есть некий незыблемый центр силы, вокруг которого всe вращается. Мы спрашиваем: «Что история говорит нам о будущем доллара как резервной валюты?», предполагая, что такая вещь вообще существует в неизменном виде. На самом деле этот термин скрывает динамичную и постоянно меняющуюся природу финансов. Использование таких названий заставляет нас верить в стабильность там, где еe нет. Мы цепляемся за слово «резерв», как за якорь, хотя современные деньги давно перестали быть просто запасом золота в подвале банка. Этот миф мешает нам заметить, что функции денег меняются.
Почему те, кто громче всех говорит о себе, часто имеют меньше всего влияния? В мире соцсетей легко принять внимание за ценность. Но внимание быстро проходит, а реальная ценность строится иначе. Вокруг полно «талантливых» людей, которые постоянно требуют признания, обижаются на чужое мнение и тратят силы на доказательство собственной значимости. Влияние получают другие. Те, кто держит слово, умеет сохранять спокойствие под давлением и не зависит от чужого одобрения. Они не бегают за вниманием — наоборот, их время и внимание становятся дефицитными. У вас всегда есть выбор: тратить себя на чужие мнения, конфликты и бесконечную ленту или становиться человеком, к которому действительно нужен доступ. Разберeм, как дисциплина, эмоциональная независимость и редкие навыки превращают человека в того, кого ценят не за громкие слова, а за реальные результаты.
Энергетическая компания EDP на свой 50-летний юбилей пригласила выступить Харари. И он не стеснялся. Харари утверждает, что человечество достигло критического поворотного момента, когда искусственный интеллект перестает быть просто инструментом и становится самостоятельным агентом, способным принимать решения и манипулировать языком. Поскольку наша цивилизация опирается на общие истории и бюрократические системы, передача контроля над «операционной системой» культуры нечеловеческому разуму создает беспрецедентную угрозу для демократии и истины. Существует опасность монополизации данных и возникновения глобальных цифровых империй, обладающих «кнопкой отключения» суверенитета других стран. В условиях избытка дешевого интеллекта главной дефицитной ценностью становится человеческая мудрость, необходимая для постановки правильных целей и предотвращения сценария, в котором люди окажутся лишними в ими же созданных сложных системах.
В чем наша главная беда? Мы сами позволяем мозгу «засыхать», просто потому что нам стало слишком комфортно. Мы панически боимся выглядеть глупо, совершать ошибки или пробовать то, в чем мы полные ноли. А для мозга это четкий сигнал: «Хозяину больше ничего не нужно, можно отключать питание». И он начинает «пропалывать» нейронные связи, как сухие ветки в старом саду. Чтобы мозг реально рос, ему нужна настоящая пахота, тот самый «режим борьбы». Это когда вам тяжело, вы ошибаетесь и буквально продираетесь сквозь задачу — именно в такие моменты дискомфорта нейроны начинают шевелиться и строить новые мосты. Скорость мышления у всех начинает падать после 60 лет, но это можно исправить, если вовремя дать встряску. Почти половину случаев старческого слабоумия можно предотвратить, если просто перестать себя жалеть. Ваша голова — это не антикварная ваза, которую надо беречь, а мощный мотор, который заглохнет без работы. Что делать?
Письмо №591
Мы наблюдаем рождение новой отрасли, которую можно назвать «пространственной экономикой данных» (Spatial Data Economy). Cat bonds — лишь один из первых финансовых продуктов, построенных на этой инфраструктуре. В ближайшие 10–15 лет спрос на геопространственные данные, вероятно, будет расти не только со стороны страховщиков, но и банков, сельского хозяйства, логистики, энергетики, оборонной отрасли, девелоперов и управляющих активами. Поэтому при выборе инвестиций имеет смысл смотреть не только на компании, которые собирают данные из космоса, но и на тех, кто умеет превращать эти данные в прогнозы, оценки рисков и решения для бизнеса. Именно в этом сегменте сегодня формируется основная добавленная стоимость и именно здесь можно заработать инвесторам.
Наш старый знакомый Фарид Закария пишет:
…От Лондона до Токио правительства все хуже соответствуют ожиданиям современного общества. На этой неделе Великобритания получила уже седьмого премьер-министра менее чем за десять лет. Во Франции за последние несколько лет сменилось почти столько же глав правительства. А следующим президентом страны вполне может стать Марин Ле Пен — политик, которую еще недавно считали изгоем. В Германии крайне правая «Альтернатива для Германии» (AfD), которая всего несколько лет назад была маргинальной силой, теперь лидирует в опросах. Даже демократии Восточной Азии — которые обычно воспринимаются как стабильные, осторожные и даже скучные — столкнулись с серьезными трудностями: правительства Японии, Южной Кореи и Тайваня испытывают растущее давление на фоне усиливающегося общественного недовольства. И там, где популисты уже находятся у власти, картина не выглядит принципиально иной. Дональд Трамп сейчас находится почти на уровне самых низких рейтингов одобрения среди современных американских президентов на этом этапе своего срока.
Письмо №590
Часто можно услышать, что в будущем роботы сделают все за нас, а люди будут сидеть без дела, играть на флейтах или гладить овечек в поле. Это глубокое заблуждение. На самом деле нас ждет не скука, а настоящий океан смысла, который будет буквально захлестывать и изматывать нас. Жизнь станет не пустой, а перенасыщенной событиями и вызовами. Проблема будет не в том, чем занять свободное время, а в том, как выжить в условиях, когда каждый ваш шаг и каждое решение приобретают огромный вес. Нам придется участвовать в перестройке всего, что нас окружает, и эта задача потребует колоссального напряжения сил. Смысл будет не просто присутствовать — он будет «пропитывать» все вокруг, доводя людей до состояния приятного, но глубокого истощения.
