Американские ученые в августе опубликовали очередную работу о демографии: «Терра Инкогнита: Экономика скукоживающегося мира». Статья представляет собой глубокое экономическое исследование глобального кризиса рождаемости, в котором авторы утверждают, что человечество вступило в эпоху «terra incognita», впервые в истории опустившись ниже уровня воспроизводства населения. Используя статистическое моделирование 236 стран, исследователи доказывают, что текущий спад обусловлен не временными факторами, а самой природой современности, делающей бездетность экономически выгодной, а воспитание третьего ребенка — чрезмерно дорогим. Особое внимание уделяется тому, что традиционные механизмы саморегуляции рынка здесь не работают: в экономике отсутствуют силы, способные автоматически вернуть рождаемость к уровню 2,1. Авторы критикуют официальные прогнозы ООН за излишний оптимизм и предсказывают неизбежное замедление глобального экономического роста из-за сокращения рабочей силы и старения общества. В конечном итоге работа служит суровым предупреждением о переходе мира к «новой нормальности» депопуляции, требующей фундаментального переосмысления государственных институтов и социальной политики.
— Человечество, вероятно, уже опустилось ниже уровня воспроизводства населения. На 2026 год глобальный уровень рождаемости, скорее всего, находится ниже уровня простого воспроизводства населения, который для всего мира составляет около 2,2. Подобный спад рождаемости происходит впервые в истории нашего вида как единого целого — такого не фиксировалось даже во время опустошительных войн или пандемий. Хотя население Земли пока продолжает расти по инерции из-за эффекта демографического импульса, авторы прогнозируют, что оно достигнет пика на уровне около 9 миллиардов человек примерно к 2056 году, после чего начнет сокращаться сначала медленно, а затем стремительно.
— Основной спад рождаемости теперь сосредоточен в развивающихся странах. Главным сюрпризом текущего демографического перехода стало то, что падение рождаемости наиболее сильно затронуло страны с низким и средним уровнем доходов, а также более бедных и менее образованных женщин. Страны со средним уровнем дохода опустились по уровню рождаемости ниже богатых развитых государств, что перевернуло историческую отрицательную корреляцию между уровнем дохода и рождаемостью. Например, показатели фертильности в Колумбии (1,01 в 2025 году), Тунисе (1,45 в 2024 году) или Мексике (1,51 в 2025 году) оказались значительно ниже, чем у белого неиспаноязычного населения США (1,57).
— Официальные прогнозы ООН систематически завышают показатели будущей рождаемости. Прогнозы Департамента по экономическим и социальным вопросам ООН (UN WPP) отодвигают пик численности населения мира до 2084 года, что авторы считают излишне оптимистичным. Проекции ООН содержат методологические искажения, поскольку опираются на сомнительное предположение о немедленном восстановлении рождаемости в странах с низкими показателями фертильности обратно к уровню воспроизводства. Реальные данные национальных реестров многих стран (таких как Колумбия, Турция, Египет, ЮАР) показывают гораздо меньшее число рождений, чем оценивает или прогнозирует ООН.
— Глубинной причиной глобального падения рождаемости является сама современность (modernity). Особенности структуры современного общества делают рождение третьего ребенка крайне дорогим, а бездетность — социально и экономически «дешевой». Современная жизнь требует длительных инвестиций в образование детей для получения ими формальных дипломов, разрушает традиционные родственные сети поддержки и навязывает жесткие карьерные графики, которые сталкиваются с биологическими часами женщин. Вдобавок возникает «гендерный дисбаланс»: возможности женщин в сфере образования и работы вне дома стремительно расширяются, тогда как бытовые ожидания и распределение обязанностей по уходу за детьми со стороны мужчин меняются гораздо медленнее.
— В рыночной экономике нет механизмов автоматического восстановления рождаемости. В отличие от обычных рынков, способных к саморегуляции через изменение цен при дефиците предложения, в экономике нет механизмов обратной связи, способных подтолкнуть рождаемость обратно к уровню воспроизводства. Рыночной экономике «все равно», вымирает общество или нет. Даже если снижение численности населения приведет к удешевлению жилья, этот эффект вряд ли компенсирует негативные последствия замедления роста, а основные факторы возврата к уровню замещения (государственная политика или естественный отбор фертильных субпопуляций) работают слишком медленно или не гарантируют эффективность.
— Сокращение рабочей силы вызовет долгосрочное замедление экономического роста и кризис инноваций. Снижение численности работающего населения механически сократит долгосрочные темпы роста ВВП, переводя страны в «новую нормальность» медленного роста. Сценарий «пустой планеты» предупреждает, что из-за меньшего числа людей будет генерироваться меньше новых идей, поскольку идеи являются неконкурентным благом, а сокращение численности ученых и исследователей может полностью остановить рост стандартов жизни. Более того, старение населения приводит к падению темпов создания новых фирм и замедлению внедрения новых технологий старшим поколением.
— Ключевой проблемой стареющего общества станет политическое перераспределение ресурсов от работающих к пенсионерам. Основной вызов стареющего общества лежит не в темпах роста производства, а в политической плоскости: как перераспределить доходы от сокращающегося пула работников к увеличивающейся массе пенсионеров для поддержания паритета доходов. Необходимость отдавать значительную часть производимого ВВП пожилым людям неизбежно усилит конфликты в политических системах, усложнит проведение структурных реформ и может привести к деструктивным экономическим мерам. Причем если богатые и однородные страны (как Япония) справляются с этим за счет сильных институтов, то развивающиеся страны (как Мексика или Тунис) встретят старение населения со слабыми государствами и гораздо меньшим доходом на душу населения.
**