Рубрики
Статьи/Блог

Кому нужны экспаты или конец всего этого цирка

Выделим этот пассаж из общего массива: “…Это говорит о более широком экономическом сдвиге, который снизил потребность в экспатах. Когда-то давным-давно именно они могли облегчить доступ к иностранному капиталу и ноу-хау, часто из западных источников. Сейчас деньги в избытке, и самые захватывающие возможности для бизнеса — это развивающиеся рынки, ведущие бизнес с другими развивающимися рынками, особенно в Азии. Вам не нужен человек с Запада, чтобы показать вам, как это делать. Их (западных экспатов) понимание мира уже не так релевантно…”

Аргументы в пользу перетасовки персонала по всему миру выглядели натянутыми еще до пандемии.

Если руководители высшего звена являются монархами корпоративного мира, то кадры хорошо оплачиваемых сотрудников, которых они направляют из головного офиса для контроля за операциями по всей планете, являются их послами. В золотую эпоху глобализации отправка западного руководителя-экспатрианта на отдаленный развивающийся рынок означала, что к этому месту относятся серьезно. Эта модель начала казаться устаревшей еще до того, как пандемия превратила зарубежные поездки в страдание. Поскольку масштабирование и удаленная работа стали нормой, стоит ли еще тасовать эмиссаров по всему миру?

Около 280 миллионов человек сегодня живут не в своей стране, часто по рабочим причинам. Многие трудятся на стройках в Мексиканском заливе или нянчат избалованных детей на Манхэттене. Но экспаты высокого полета — это в свою очередь самые избалованные из всех мигрантов. Их высокий статус обеспечивается за счет получения пособия на жилье, платы за обучение детей, оплаты ежегодных перелетов домой и солидной прибавки к зарплате. Некоторые деловые люди превратились в постоянных деловых путешественников, делая карьеру, переезжая из Мумбаи в Абу-Даби и Лагос.

В последние годы бизнес-обоснование для наличия экспатов стало выглядеть натянутым. Перемещение персонала на край света имело смысл, когда было сложно найти там глобально мыслящих (и говорящих по-английски) сотрудников. Но глобализация сотворила свое волшебство. Если американскому инвестиционному банку в Шанхае нужен блестящий аналитик с лучшим mba, у банка есть множество местных кандидатов на выбор. Они будут стоить лишь малую часть того, что потребуется для переноса экспата-трансплантата, — и они уже говорят на нужном языке.

Заставить сотрудников головного офиса работать в Джакарте тоже становится все труднее. В прошлые десятилетия послушный «идущий вслед супруг» брал на себя ответственность за ведение домашнего хозяйства в отдаленных местах. Теперь она (как это все еще часто бывает), скорее всего, будет придираться к влиянию переезда на край света на ее собственную карьеру. Опрос, проведенный Бостонской консалтинговой группой, показал, что уже только 57% работников во всем мире были готовы переехать в другую страну для работы в 2018 году по сравнению с 64% четырьмя годами ранее.

Этот показатель снизился еще больше, до 50%, как только началась пандемия. Многие привычные места для экспатов, такие как Гонконг, Сингапур и Дубай, прошли через более жесткие ограничения, чем Америка или Европа и это часто означало ограничение поездок за границу или введение недельного карантина для возвращенцев. Перспектива поездки к семье домой на Запад на Рождество или поездки на выходные на Бали — это было частью того образа жизни, что делает жизнь в Сингапуре привлекательной. Как только это убирается из уравнения, компромисс между карьерой и личной жизнью начнет выглядеть иначе и не так приятно.

Многие иностранцы, с которыми когда-то обращались по-королевски, почувствовали себя гражданами второго сорта. Некоторые не решались покинуть страну назначения, опасаясь, что не смогут вернуться обратно. Другим пришлось ждать вакцины дольше, чем местным жителям. Сообщества клубного типа больше не предлагали места для посторонних. Поскольку Гонконг, некогда «духовный дом» экспатов, попал в сферу влияния Китая, западные экспаты стали выглядеть как пережиток колониального прошлого.

Это говорит о более широком экономическом сдвиге, который снизил потребность в экспатах. Когда-то давным-давно именно они могли облегчить доступ к иностранному капиталу и ноу-хау, часто из западных источников. Сейчас деньги в избытке, и самые захватывающие возможности для бизнеса — это развивающиеся рынки, ведущие бизнес с другими развивающимися рынками, особенно в Азии. Вам не нужен человек с Запада, чтобы показать вам, как это делать. Их (западных экспатов) понимание мира уже не так релевантно.

Экспаты — это не просто дорогие любители халявы. У компаний есть культура и процессы, которые формируются в штаб-квартире и которые могут распространять посланники-эмиссары. Они, в свою очередь, усваивают новые способы ведения дел, которые могут быть перенесены обратно в другие части бизнеса. Наличие постороннего человека где-то в организационной структуре отдаленной дочерней компании может обеспечить уверенность в том, что там не происходит никаких ненужных дел. Тем не менее, скупые на копейки боссы теперь могут подумать о том, не приведут ли регулярные встречи по зуму к тому же результату за небольшую часть затрат — не в последнюю очередь, если сотрудники во всем мире все равно будут время от времени работать из дома.

Самый верный способ продемонстрировать приверженность рынку в наши дни — это не импортировать лучшие таланты, а развивать их на местном уровне. Многие компании, которые с гордостью ранее приглашали на руководящие должности экспатов, теперь хвастаются назначением своих сотрудников в качестве местных боссов. Но это не столько уход от глобализации, сколько ее утверждение.

The Economist

**