Эндрю Хуберман поговорил с Дэвидом Иглманом о нейропластичности — способности мозга перестраивать свою структуру в ответ на новый опыт. Дэвид Иглман — американский нейробиолог, популяризатор науки, писатель и предприниматель в области нейротехнологий. Известен как один из ведущих специалистов по изучению работы мозга, сознания, восприятия времени, пластичности нервной системы и нейроэтики. Его книги переведены на десятки языков. Основная идея заключается в том, что для поддержания здоровья и долголетия мозга необходимо постоянно искать новизну и браться за задачи, в которых вы еще не достигли мастерства. Формирование воспоминаний и плотность поступающей информации напрямую влияют на наше восприятие времени, заставляя его замедляться в моменты страха или ускоряться с возрастом. Помимо биологических механизмов, Хуберман и Иглман затронули этические и социальные аспекты, включая нейробиологию эмпатии и способы преодоления общественной поляризации через осознание общности. В конечном счете получилось этакое практическое руководством по сознательному изменению разума.
Мозг рождается «недопеченным»
В отличие от многих животных, человек рождается с мозгом, который готов лишь наполовину. Иглман называет это «великим трюком матери-природы»: нас выбрасывают в мир с незаконченными «настройками», чтобы окружающая среда — наша культура, язык, соседи и опыт — сама «достроила» и «прошила» наш мозг под конкретные условия жизни. Если бы ваш генетический двойник родился 30 000 лет назад, он выглядел бы как вы, но был бы совершенно другим человеком, потому что его мозг впитал бы в себя совсем другую реальность.
Магия 86 миллиардов живых существ
Внутри нашей головы живет около 86 миллиардов нейронов. В учебниках их рисуют как неподвижные схемы, но на самом деле это маленькие живые существа, которые постоянно ползают, извиваются и ищут, к кому бы «подключиться». В среднем каждый такой нейрон имеет 10 000 контактов со своими соседями. Они постоянно включают и выключают связи, перестраивая всю «электрику» вашего мозга каждую секунду вашей жизни. Именно эта гибкость позволила людям строить небоскребы и сочинять симфонии, в то время как аллигаторы за 30 000 лет не изменились ни на йоту.
Кора мозга — это «мастер на все руки»
Верхний слой нашего мозга (кора) имеет толщину всего 3 миллиметра, но это самая важная его часть. У человека коры в 4 раза больше, чем у наших ближайших родственников в животном мире. Самое удивительное, что вся кора устроена одинаково — это один и тот же алгоритм, повторяющийся повсюду. Она становится «зрительной» или «слуховой» только потому, что в нее втыкают соответствующий «кабель» от глаз или ушей. В одном эксперименте ученые даже переподключили зрительный нерв хорька к слуховой коре, и та начала обрабатывать зрение — это доказывает, что мозг может научиться чему угодно, если дать ему сигнал.
В мозге нет «пустых квартир»
Если какая-то часть мозга перестает получать информацию, ее тут же захватывают соседи. У людей, слепых от рождения, область, которая должна отвечать за зрение, не простаивает — ее забирают под слух, осязание или память. Именно поэтому слепые люди могут по звукам или прикосновениям различать такие тонкие детали, которые обычный человек даже не заметит. Мозг — это очень дорогая «недвижимость», и если вы чем-то не пользуетесь, другие функции тут же «заселяются» на эту территорию.
Пластичность — это способ экономить батарейки
Зачем мозгу вообще меняться? Ответ прост: чтобы экономить энергию. Когда вы учитесь играть в теннис, ваш мозг буквально «горит» от активности и сжигает массу калорий, потому что вы пытаетесь все просчитать. Но у профессионалов мозг во время игры почти «спит» — они настолько отточили навыки, что они превратились из «программного обеспечения» в «железо», в саму структуру мозга. Мозг делает нас мастерами только для того, чтобы тратить меньше сил на выживание.
Опасность «хороших» результатов
Многие думают, что разгадывание кроссвордов в старости — это спасение. Иглман говорит: это полезно ровно до того момента, пока у вас это хорошо получается. Как только вы стали мастером в чем-то, мозг перестает напрягаться и меняться. Чтобы оставаться молодым, нужно постоянно искать то, что у вас не получается, и что вызывает у вас чувство досады или дискомфорта. Нужно всегда находиться на грани между «это ужасно сложно» и «я все-таки могу это сделать».
Секрет монахинь: как обмануть болезнь Альцгеймера
В Чикаго десятилетиями изучали мозг сотен монахинь и священников, которые завещали свои тела науке. Выяснилось нечто поразительное: у некоторых монахинь после смерти обнаруживали физические признаки болезни Альцгеймера (разрушение мозга), но при жизни у них не было никаких признаков слабоумия. Почему? Потому что они до последнего дня жили активной жизнью: общались, ссорились, выполняли обязанности и играли в игры. Их мозг строил «новые мосты» и дороги в обход разрушенных участков, позволяя им оставаться в здравом уме до 90 лет и старше.
Химический «замок» для обучения
Чтобы мозг начал меняться, нужен особый коктейль из химических веществ. Самое важное из них — ацетилхолин. У детей он вырабатывается везде, поэтому они впитывают мир как губки. У взрослых ацетилхолин выделяется очень точечно — только там, где мы максимально сосредоточены или где происходит что-то неожиданное. Иглман сравнивает это с кодом Microsoft: есть «ядро», которое нельзя трогать (базовые функции), а есть верхние слои программ, которые мы можем переписывать всю жизнь, если нам очень любопытно.
Почему время в авариях течет медленно
Почти каждый, кто попадал в страшную аварию, говорит: «Все было как в замедленном кино». Иглман провел уникальный эксперимент: он сбрасывал 23 добровольца спиной вперед с 45-метровой вышки (это как 15-этажный дом). Люди падали со скоростью 112 км/ч в сетку. Замедление времени — это трюк нашей памяти. В момент смертельной опасности включается миндалевидное тело (центр страха), которое заставляет мозг записывать каждую мелочь с бешеной плотностью. Когда вы позже вспоминаете эти секунды, из-за огромного количества деталей вам кажется, что событие длилось вечно.
Почему лето в детстве было бесконечным
Это тоже связано с плотностью памяти. Для ребенка мир полон новизны: первый поход, первый водопад, первый жук. Мозг записывает все это очень подробно, и в памяти лето кажется огромным. К 50 годам мы уже видели все по сто раз, мозг перестает записывать детали, и время начинает «схлопываться». Если хотите, чтобы ваша жизнь казалась долгой, делайте ее необычной: чистите зубы другой рукой, меняйте маршрут до работы, переставляйте мебель в офисе. Это заставляет мозг «проснуться» и начать записывать новые данные.
«Пакт Одиссея» против наших слабостей
Люди очень плохо умеют доверять самим себе в будущем. Мы обещаем себе не есть печенье, но вечером рука сама тянется к нему. Решение — «Пакт Одиссея» (по имени героя мифов, который велел привязать себя к мачте, чтобы не поддаться песням сирен). Мы должны ограничивать своего «будущего плохого себя» прямо сейчас: например, запирать телефон в специальный бокс на таймер, чтобы не сидеть в соцсетях. Одна женщина, чтобы бросить курить, отдала подруге чек на 10 000 долларов с наказом отправить его ненавистной ей организации, если ее поймают с сигаретой. Страх потерять деньги пересилил тягу к курению.
Мы все видим мир по-разному (афантазия)
Оказывается, внутри наших голов совершенно разные «мониторы». Иглман изучает спектр от афантазии до гиперфантазии. Если попросить человека представить муравья на скатерти, некоторые увидят четкое «кино» в цвете (гиперфантазия), а некоторые — вообще ничего, пустоту, хотя они знают, как выглядит муравей (афантазия). Интересно, что основатель студии Pixar Эд Кэтмелл и многие его лучшие аниматоры страдают афантазией — они не видят картинок в голове, и именно поэтому им приходится прилагать больше усилий, чтобы нарисовать что-то на бумаге, что в итоге делает их работы гениальными.
Мозг — это универсальный плеер
Иглман предложил теорию «Мистера Картофельной Головы» (игрушка Mr. Potato Head): неважно, какие датчики вы «воткнете» в мозг, он разберется, как ими пользоваться. Ученые создали устройство, которое превращает видео в вибрации на языке (это ощущается как «стреляющие во рту конфеты» Pop Rocks). Слепые люди с таким прибором через некоторое время начинают буквально «видеть» языком: они могут ловить мяч или обходить препятствия. Мозг не видит света и не слышит звука — он получает только электрические импульсы и со временем понимает, что они означают.
Зачем мы видим сны на самом деле
У Иглмана есть новая теория: мы видим сны, чтобы защитить свое зрение. Планета вращается, и каждые сутки наступает темнота. В темноте мы можем слышать, осязать и чувствовать запахи, но не можем видеть. Если зрительная кора будет бездействовать всю ночь, ее могут «захватить» области слуха или осязания (как мы помним, это происходит быстро). Поэтому каждые 90 минут мозг посылает мощные электрические залпы прямо в зрительную кору, заставляя ее работать «вхолостую». Сны — это просто побочный эффект того, что мозг защищает свою территорию от захвата соседями. Статистика по 25 видам приматов подтвердила: чем более гибкий мозг у животного, тем больше времени оно проводит в фазе быстрого сна (у младенцев это 50% времени сна).
Память — это не видеокамера, а игра «испорченный телефон»
Наш закон и суды очень полагаются на показания свидетелей, но наука говорит, что это ошибка. Исследование после трагедии 9/11 показало: через 10 лет люди помнили детали того дня так же путано и неверно, как и то, что они ели на завтрак за день до этого. Каждый раз, когда мы достаем воспоминание, мы его немного меняем и перекрашиваем под влиянием новых знаний. В одном эксперименте Хуберман сам нанял актрису, которая ворвалась в класс и накричала на него; позже он убедил студентов, что у нее на щеке была родинка, и многие «вспомнили» ее, хотя ее там никогда не было.
Меняйте привычные маршруты, людей и обстановку
Это самый простой способ «разбудить» мозг в повседневной жизни. Старайтесь каждый раз ехать домой новой дорогой, чистите зубы другой рукой или просто переставьте мебель в офисе и поменяйте картины местами. Эти мелочи заставляют мозг заново оценивать мир и записывать новые воспоминания, что визуально удлиняет вашу жизнь в вашем восприятии. Больше общайтесь с непредсказуемыми людьми. Для мозга нет задачи сложнее и полезнее, чем взаимодействие с другими людьми. Вы никогда не знаете точно, что скажет или сделает собеседник, и эта непредсказуемость держит ваши нейроны в тонусе. Социальная изоляция — это прямой путь к застою мозга.
Учите иностранные языки или музыку
Это «золотой стандарт» для развития пластичности. Изучение второго языка или музыкального инструмента заставляет мозг перестраивать свои аппаратные мощности (саму структуру связей), делая его более эффективным в любом возрасте. Следите за тем, на что вы тратите внимание. Ваше время — это ограниченный ресурс, и если вы часами играете в простые игры в телефоне, вы просто сжигаете потенциал своего мозга. Вместо этого читайте сложные книги или слушайте глубокие подкасты — впитывайте информацию в моменты любопытства, когда ваш мозг максимально открыт для записи новых данных.
Ловушка «свой — чужой»
Нейробиология объясняет, почему мир так разделен. В эксперименте людям показывали руки, которые колют иглами. Когда на руке была метка «Христианин», «Мусульманин» или «Атеист», мозг зрителя реагировал на боль сильнее, если метка совпадала с его собственной группой. Если рука принадлежала «чужому», ответ мозга на сочувствие резко падал. Даже если группы созданы случайно (броском монетки), мы начинаем сопереживать «своим» больше, чем «чужим». Это биологическая база для конфликтов, которую нужно осознавать, чтобы не стать ее рабом.
Как слова отключают человечность
Иглман изучил историю геноцидов (например, в Руанде или нацистской Германии) и заметил пугающую закономерность в пропаганде. Везде врагов называли животными, насекомыми или вирусами («тараканы», «зараза», «крысы»). Это не просто обидные слова — такая речь буквально отключает в нашем мозгу участки, отвечающие за сочувствие к людям. Когда вы начинаете воспринимать соседа как «объект» или «животное», вашему мозгу становится гораздо проще причинить ему вред. Понимание этого механизма — лучшая прививка от ненависти.
Учитесь видеть мир глазами «врага»
Чтобы избежать идеологической ограниченности и сохранить гибкость мышления, старайтесь понять аргументы людей, с которыми вы категорически не согласны. Поиск общего с теми, кого вы считаете «чужими», активирует участки мозга, отвечающие за сочувствие и сложное критическое мышление, не давая вам превратиться в заложника простых лозунгов.
**