Природа уже создала инструменты для бессмертия и защиты от болезней. Омары умеют чинить ДНК, акулы — замедлять время, а слоны — выжигать рак. Человеческая жизнь стала бы совсем иной, если бы мы, подобно голым землекопам, смогли победить закон старения. Представьте, что мы оставались бы такими же здоровыми и энергичными, как в 25 лет, до самого конца — пока не вмешался бы несчастный случай или внезапная пандемия. В современном мире большинство людей умирает от болезней, которые развиваются именно из-за старости, будь то рак, проблемы с сердцем или деменция. Если исключить из этого уравнения естественное дряхление, мы могли бы жить сотни лет, а самые осторожные из нас — целые тысячелетия.
Мы привыкли думать, что старость и смерть — это неизбежность, как смена дня и ночи. Но природа полна сюрпризов. В океанах и под землей живут существа, которые, кажется, нашли способ обмануть время. Если мы поймем, как они это делают, наука сможет подарить нам сотни лет здоровой жизни.
Кнопка «перезагрузки» жизни: Урок медузы
В теплых водах живет крошечная медуза Turritopsis dohrnii. Она обладает суперспособностью, которая кажется магией: когда ей становится плохо (голод, раны, резкая смена температуры), она не умирает. Вместо этого она превращается обратно в своего «ребенка» — полип. Ее клетки как бы «сбрасываются» до начального состояния, как в человеческом эмбрионе. В лаборатории такие медузы «возрождались» 11 раз за 2 года. Если ученые поймут, как заставить наши клетки «вспоминать» молодость, мы смогла бы восстанавливать поврежденные органы, просто заставляя их клетки обновляться до здорового состояния.
Бесконечный ремонт: Секрет омара
Омары постоянно чинят себя. В их телах есть особые клетки (бластемальные), которые могут превратиться в любую часть тела: мышцу, кость или нерв. Омары могут жить больше 100 лет. Самый старый найденный омар, Джордж, весил почти 10 кг и прожил около 140 лет. Омары умирают не от старости, а от истощения: им нужно слишком много сил, чтобы менять свой панцирь, когда они вырастают огромными. Если бы мы могли поддерживать такой уровень саморемонта в человеке, наши органы оставались бы «молодыми» даже в глубокой старости.
Колпачки на ДНК: Фермент молодости
У омаров есть еще один секрет — фермент теломераза. Внутри наших клеток есть нити ДНК, а на их концах — защитные наконечники (теломеры), похожие на пластиковые кончики шнурков. При каждом делении клетки эти кончики укорачиваются, и когда они исчезают, клетка умирает или превращается в раковую. У омаров теломераза работает постоянно, достраивая эти «кончики» и сохраняя ДНК вечно новой. Если включить этот фермент у человека, мы могли бы остановить старение. Опыты на мышах показали: если добавить им теломеразу, их кожа становится толще, а мышцы — крепче, хотя есть риск развития рака, который ученым еще предстоит обуздать.
Жизнь на «медленном огне»: Моллюски-долгожители
Моллюск циприна исландская живет по принципу «тише едешь — дальше будешь». У него невероятно медленный обмен веществ. Ученые нашли моллюска, на раковине которого было 507 колец (как у деревьев). Это значит, он прожил 507 лет! Мы могли бы продлить жизнь, научившись замедлять наш «биологический мотор». Чем медленнее работает метаболизм, тем меньше повреждений накапливается в организме.
Холод как лекарство: Гренландская акула
Эта акула — огромный зверь длиной до 6 метров и весом до 2 тонн. Она живет в ледяной воде и почти не двигается, ожидая добычу годами. Самой старой известной акуле около 400 лет. Ее кровь не замерзает благодаря особым веществам (мочевине и ТМАО), а ест она крайне редко — иногда раз в год. Холод и замедление жизненных процессов — прямой путь к долголетию. Возможно, в будущем появятся способы «охлаждать» человеческий метаболизм без вреда для комфорта.
Черепашья выдержка
Сухопутные животные тоже могут быть долгожителями. Самая известная — черепаха Адвайта, принадлежавшая британскому генералу еще в XVIII веке. Адвайта весила 250 кг и прожила около 250 лет, умерев только в 2006 году. Как и морские долгожители, черепахи мало двигаются и имеют очень медленный метаболизм, что позволяет им обходиться без еды долгое время.
Киты — наши «родственники» в долголетии
Гренландские киты весят около 70 тонн и, в отличие от акул, они — млекопитающие, как и мы. Они дышат воздухом и кормят детенышей молоком. В 2007 году у кита нашли в шее гарпун викторианской эпохи. Это значило, что киту было минимум 120 лет, а вообще они могут жить более 200 лет. Поскольку киты — млекопитающие, их механизмы долголетия нам гораздо ближе. Если 70-тонная махина может не болеть раком 200 лет, значит, и мы можем найти этот генетический ключ.
Голый землекоп: Исключение из правил
Обычно маленькие звери живут недолго. Но голый землекоп (грызун) ломает все правила. У людей риск смерти удваивается каждые 8 лет, а у землекопов — нет! В природе они живут около 17 лет, но в неволе один самец по имени Джо живет уже почти 40 лет и не стареет.э Они почти не болеют раком и постоянно чинят свою ДНК. Это доказывает, что старение не обязательно должно быть «запланированным» упадком.
Парадокс человека: Мы уже долгожители
Для своего размера человек живет аномально долго. Если бы мы были «обычными» животными, мы бы умирали в возрасте от 20 до 50 лет. Тигр больше человека (100–300 кг), но живет в природе всего 10–15 лет, а в зоопарке — 25. Мы же легко перешагиваем порог в 80 лет. Это значит, что эволюция уже дала нам какой-то секрет долголетия, который нам нужно усилить.
Запас сердцебиений
Есть теория, что почти каждому млекопитающему отпущено около 1 миллиарда ударов сердца на всю жизнь. У маленьких зверей сердце бьется быстро — они живут мало. Человек здесь — главный «нарушитель». Мы получаем более 2 миллиардов ударов сердца. Если мы поймем, почему наше сердце и сосуды выдерживают в два раза больше нормы, мы сможем растянуть этот ресурс еще сильнее.
«Эффект бабушки»: Социальное долголетие
Люди (и еще слоны с китами) — одни из немногих, кто живет долго после того, как перестал рожать детей. Женщины проходят менопаузу около 50 лет, но живут еще десятилетия. Старые люди помогают растить детей и передают знания. У тигров бабушки не нужны — они бы просто отнимали еду у внуков. Наше долголетие связано с нашим умом и обществом. Чем больше мы нужны друг другу как носители опыта, тем больше у нашего организма «причин» жить дольше.
Интеллект и нейроны
Ученые заметили: чем больше у вида нейронов (клеток мозга), тем дольше он живет. Большой мозг долго растет и требует много времени на обучение. Мы очень энергоэффективны. У нас мало волос, и мы охлаждаемся потом, что позволяет тратить энергию не на обогрев, а на работу сложного мозга.
Парадокс Пето: Почему великаны не болеют раком?
Казалось бы, чем больше в животном клеток, тем выше шанс, что одна из них станет раковой. Но киты и слоны болеют раком реже мышей. Опухоль весом в 2 грамма убьет мышь (это 10% ее веса). Для человека это пустяк (0,002%), а для кита — вообще невидимая точка (0,000002%). У гигантов есть механизмы «гиперопухолей» — когда рак сам убивает рак, или клетки-защитники просто уничтожают поломку на корню. Копирование этой защиты — путь к победе над раком у людей.
Ген-хранитель p53
У людей часто случается рак, потому что ломается ген p53, который должен следить за порядком в клетке. У человека всего 2 копии этого гена. У слонов их 20! Клетки слонов и землекопов совершают «самоубийство» при малейшем повреждении ДНК, чтобы не стать раковыми. Генная терапия могла бы добавить нам дополнительные копии защитных генов, как у слонов.
Режим «ремонта» против режима «роста» (mTOR)
В наших клетках есть переключатель mTOR. Когда еды много, он заставляет организм расти. Когда еды мало, он переключает тело в режим «техобслуживания» и чистки. Препарат рапамицин блокирует mTOR. У молодых мышей он продлевает жизнь на 25%, а у пожилых (аналог 60-летнего человека) — на 10%. Лекарства, имитирующие нехватку еды, могут заставить наше тело постоянно чинить само себя, не требуя от нас голодания.
Лекарства от диабета для долголетия
Оказалось, что многие таблетки, которыми лечат диабет, помогают жить дольше даже здоровым мышам. Это акарбоза, метформин и популярные сейчас лекарства для похудения (типа Оземпика). Они снижают уровень сахара в крови и заставляют организм работать более экономно. Пик нашего метаболизма приходится на 20 лет, костей — на 25-30, а мышцы начинают убывать на 5% каждые 10 лет после тридцати. Эти лекарства могут замедлить этот спад.
От «лечения болезней» к «отмене старости»
Обычно медицина работает как игра «прихлопни крота»: вылечили сердце — вылез рак, вылечили рак — пришла деменция. Чтобы поднять среднюю жизнь с 60 до 70 лет, ушло 25 лет. А с 70 до 80 — уже больше 50 лет. Становится все труднее. Вместо того чтобы лечить болезни по отдельности, нам нужно атаковать саму старость. Если мы взломаем биологические часы, как голые землекопы, мы сможем оставаться здоровыми, как в 25 лет, пока нас не погубит несчастный случай. В таком мире осторожные люди могли бы жить тысячи лет.
**
Природа уже создала инструменты для бессмертия и защиты от болезней. Омары умеют чинить ДНК, акулы — замедлять время, а слоны — выжигать рак. Человеческая жизнь стала бы совсем иной, если бы мы, подобно голым землекопам, смогли победить закон старения. Представьте, что мы оставались бы такими же здоровыми и энергичными, как в 25 лет, до самого конца — пока не вмешался бы несчастный случай или внезапная пандемия. В современном мире большинство людей умирает от болезней, которые развиваются именно из-за старости, будь то рак, проблемы с сердцем или деменция. Если исключить из этого уравнения естественное дряхление, мы могли бы жить сотни лет, а самые осторожные из нас — целые тысячелетия.
Возможно, через миллионы лет эволюция сама приспособит наших потомков к долгой жизни, превратив их в медлительных и хладнокровных существ с многовековой юностью. Но есть и другой путь — создать с помощью медицины то, чего нам не дала природа. Мы могли бы использовать инъекции для регенерации как у лобстеров, генную терапию для защиты от рака как у слонов или лекарства, дающие нам уникальный метаболизм акул и птиц для самовосстановления организма. В идеале мы хотим совместить лучшее от разных видов: долголетие черепахи, но при этом активность и привычный нам образ жизни.
У эволюции всегда есть свои компромиссы, и вряд ли кто-то из нас захочет превратиться в моллюска ради вечной жизни. Однако сегодня мы больше не ограничены только теми чертами, которые были продиктованы выживанием наших предков-охотников. В будущем мы сможем менять в себе все, что пожелаем, но сейчас нашей главной задачей должна стать победа над смертностью.
— https://www.worksinprogress.news/p/the-perks-of-being-a-mole-rat
**