Фади Чехаде обсуждает нынешнюю войну за искусственный интеллект между Западом и Китаем, то, как технологические компании могут стать распорядителями своей силы менять экономику и мир, а также то, что могут сделать простые граждане, чтобы добиться власти над всемирной сетью

Фади Чехаде - IT-специалист, помогал создать инфраструктуру для работы интернета: такие неотъемлемые части, как система доменных имён и стандарты IP-адресов. Cегодня он занимается тем, что ищет способы помочь обществу получать пользу от технологий.

Брин Фридман - кураторор Института TED

**

Брин Фридман: Вы сказали, что в XX веке глобальная власть была в руках правительства. В начале этого цифрового века она перешла корпорациям, а в будущем она перейдёт к людям. Я взяла интервью у множества людей, которые утверждают, что вы неправы, и делают свои ставки на компании. Так почему вы правы, и почему частные лица одержат верх?

Фади Чехаде: Потому что компании обслуживают людей, и мы как граждане должны начать понимать, что у нас важная роль в формировании того, каким будет управление мира в дальнейшем. Да, на самом деле, перетягиванием каната сейчас заняты государства, которые проиграли большýю часть своей власти компаниям, так как интернет не построен на системе государство-нация, где правительства имеют власть. Интернет транснационален. Он не интернациональный, не национальный, и, таким образом, компании обрели огромную силу. Они формируют нашу экономику. Они формируют наше общество. Правительства не знают, что делать.

В данный момент они реагируют. И я опасаюсь, что, если мы как граждане, кто, как я считаю, удерживает всю эту конструкцию в равновесии, не примем участия, то тогда, вы правы. Тогда противники или люди, утверждающие, что компании восторжествуют, правы. Это произойдёт.

 

БФ: Так вы говорите, что частные лица вынудят предприятия, или что предприятиям придётся откликаться, или же мы говорим о страхе, что они не будут?

ФЧ: Я считаю, что будут. Посмотрите на две недели назад, небольшая компания пол названием Skip обошла Uber и Lyft и всех остальных и получила лицензию на использование скутеров для бизнеса в Сан-Франциско. Причиной их успеха стало то, что Skip прислушались к жителям Сан-Франциско, которые устали от скутеров, разбросанных по городу, и они сказали жителям: «Мы запустим сервис, но мы прислушаемся к требованиям людей и организуем нашу работу по определённым правилам». Они самостоятельно регулировали свою работу и получили контракт, обойдя несколько влиятельных компаний.

БФ: Говоря о руководстве и самоуправлении, вы всю жизнь занимаетесь составлением инструкций и правил для интернета. Считаете ли вы, что эти дни прошли? Кто будет направлять и управлять,кто будет создавать эти правила?

ФЧ: Правила, которыми управляется технологический слой интернета, уже установлены, и несколько лет я был очень занят введением этих правил, которые нужны для того, чтобы сделать интернет единой сетью. Система доменных имён, IP-адреса — всё это уже создано. Однако если говорить о высших слоях интернета, о таких вещах, которые ежедневно касаются и меня, и вас:конфиденциальность, безопасность и прочее — вот, где система правил, к сожалению, ещё отсутствует. Так что у нас есть задача. Прямо сейчас нам необходимо создать систему взаимодействия и управления, чтобы компании, государства и граждане могли договориться о том, как двигаться дальше в этом новом цифровом мире.

БФ: Так что же является стимулом для цифровой компании? Возьмём, например, Facebook. Они бы сказали, что работают в интересах пользователей, но мне кажется, многие бы с этим не согласились.

ФЧ: Довольно сложно следить за тем, как технологические компании реагируют на отзывы людей об их технологиях. И некоторые из них, два-три года назад, попросту перестали это делать. Во многих залах заседаний я слышал: «Мы — технологическая платформа. Не моя проблема, если из-за этой платформы семьи пойдут и убьют своих дочерей в Пакистане. Этот вопрос не ко мне. Это их проблема. У меня только технологическая платформа». 

Я считаю, что сейчас, мы выходим на такой этап, когда компании начинают понимать, что такой подход не может продолжаться, и они уже видят ответный удар от людей, пользователей, граждан, а также и правительств, которые начали говорить: «Это неприемлемо».

Так что, я думаю, начала появляться зрелость, особенно в Кремниевой долине, где уже можно услышать: «У нас есть своя роль». Поэтому, общаясь с лидерами компаний, я говорю: «Послушайте, вы могли бы быть CEO, очень успешным CEO в компании, но вы также могли бы быть распорядителем». И это ключевое слово. «Вы также могли бы быть распорядителем силы, которая у вас есть, силы менять жизнь и экономику миллиардов людей. Кем именно вы хотите быть?» И ответ — ни первое, ни второе. Это как раз то, чего у нас ещё нет.

Так что, когда такой человек, как Брэд Смит, президент Microsoft, сказал несколько месяцев назад: «Нам нужны новые Женевские конвенции для управления безопасностью цифрового пространства», многие из старших руководителей в Кремниевой долине выступили против его слов. «Какая Женевская конвенция? Нам не нужна Женевская конвенция. Мы всё сами регулируем». Но такой настрой меняется, и я начинаю слышать, как многие руководители говорят: «Нам нужна помощь». Но есть здесь одна загвоздка. Кто поможет руководителям принять правильные решения?

БФ: Так кто же поможет им? Я бы с радостью беседовала с вами целый час, но расскажите мне о вашем самом большом страхе и надежде, касательно работы всего этого.

ФЧ: Моя самая большая надежда ― что мы все станем распорядителями этого нового цифрового мира. Это моя большая надежда, потому что, я считаю, мы часто хотим обвинить других. «Ой, это всё эти CEO. Это они себя так ведут». «Государства делают недостаточно». А как насчёт нас? Как каждый из нас принимает ответственность быть распорядителем цифрового пространства, в котором мы живём? 

Одна из идей, которую я активно продвигал главам университетов, состоит в том, что каждый студент инженерии, науки и вычислительной техники, который собирается написать очередную строчку кода или создать новое устройство интернета вещей, должен обладать ответственностью и управленческим чутьём в своей работе. И я предлагаю создать новую клятву,как клятву Гиппократа, чтобы каждый начинающий студент инжерении взял технократическую клятву, или клятву мудрости, или какую-то клятву приверженности обществу. 

Моя главная надежда в том, что мы все возьмёмся за дело. Потому что правительства и компании будут бороться за власть, а где будем мы? И до тех пор, пока мы не сядем за стол, где принимают решения, мне кажется, мы окажемся в плохом положении.

Мои наибольшие опасения? Мои наибольшие опасения c тактической точки зрения ― то, что не даёт мне уснуть по ночам ― текущая война между либеральным Западом и Китаем в сфере искусственного интеллекта. Разыгралась настоящая война, и для тех из нас, кто жил в эпоху ядерного сдерживания и видел, как люди соглашались убрать из игры очень опасные вещи, что ж, в фонде Карнеги только что окончили исследование: они поговорили с каждой страной, производящей ядерное оружие и спросили их: «От какого цифрового «оружия», использованного против какой-либо школы или больницы, вы бы отказались?» И ответ, ответ каждой ядерной державы был: ни от какого. Вот, что меня пугает... Военизация цифрового пространства и гонка, чтобы в него попасть.

БФ: Звучит так, что кажется, вам предстоит немало работы, как и всем нам. Фади, большое вам спасибо. Я вам очень признательна.

Читайте также:

КАК ИНТЕРНЕТ КАРДИНАЛЬНО ИЗМЕНИЛСЯ В 2014 ГОДУ

 

БЕН ТОМПСОН: РОЖДАЕТСЯ НОВАЯ ЭКОНОМИКА, ПОКА СТАРАЯ ИДЕТ К КОНЦУ

 

ИНТЕРНЕТ В КИТАЕ – ЭТО БУДУЩЕЕ ИНТЕРНЕТА НА ЗАПАДЕ?