По мере того как ускоряется темп нашей жизни, растет потребность в мгновенном решении для активизации наших когнитивных способностей. Только за последние 7 лет число пользователей программы Lumosity подскочило с 0 до 50 млн. Производители игр обещают скорое повышение общего уровня интеллекта.

Это я один такой, или действительно каждый из нас не отказался бы от быстрого решения проблемы? Определенно есть нечто в высшей степени интригующее в идее о том, что может существовать некий секретный выключатель, на который нам стоит только нажать — и мы внезапно поумнеем и выявим наши скрытые когнитивные способности. Эта мысль, безусловно, имеет коммерческую привлекательность.

Только за последние семь лет число пользователей программы Lumosity подскочило с нуля до 50 миллионов. Производители игр обещают скорое повышение общего уровня интеллекта посредством тренирующих мозг видеоигр всего за несколько недель. (Недавно Федеральная торговая комиссия США получила от Lumosity выплаты в качестве компенсации за необоснованные утверждения о том, что их продукт якобы имел научную основу.) Пищевые добавки для поддержания «здоровья памяти» могут похвастаться объемами продаж более чем в 1,5 миллиарда долларов, а «неотропные вещества» — таблетки, стимулирующие умственные способности — завоевали особую популярность в университетских городках. Распространители продуктов, нацеленных на наше подсознание, обещают научить нас иностранным языкам и излечить от вредных привычек, пока мы спим. В то время как производители специальных шлемов, которые присоединяют электроды к черепу, обещают резко ускорить деятельность нашего мозга, чтобы улучшить результативность в игровой и других видах когнитивной деятельности.

Все это глобальные тренды, но мне, живущему в США, кажется, что есть в них что-то очень американское. Традиции позитивизма, прогрессивизма и самосовершенствования сложились у нас уже давно. Некоторые из них принесли великие результаты. Томас Эдисон был убежден, что быстрые технологические нововведения могут существенно улучшить человеческую жизнь, и едва ли возможно оспорить преобразующее значение электрического света и записанного звука. Генри Уоллес посмотрел на неустойчивые и непредсказуемые показатели урожайности кукурузы у фермеров Айовы и пришел к убеждению, что научное разведение и гибридизация могли бы принести больше пользы, нежели отбор судьями наиболее привлекательных початков на кукурузных шоу. Его гибридная кукуруза коренным образом изменила зерновое хозяйство и открыла ему политическую карьеру, в итоге приведшую Уоллеса на должность вице-президента при Франклине Рузвельте. (Правда, стремление Уоллеса к самосовершенствованию также достигло областей исследования духовного общения с умершими, что, вероятно, немало способствовало тому, что в период третьей кампании переизбрания Рузвельта его вытурили и заменили Гарри Трумэном).

Эта прогрессивная традиция работы над собой отчасти имеет важное значение, а отчасти очаровательна своей сумасбродностью. Но во многом стремление изобрести быстрое и легкое решение для того, что нас мучит, не может не вызывать тревогу и нести в себе опасность. Нескольким поколениям американцев довелось испробовать на себе довольно неэффективные схемы по быстрой потере веса, зачастую и опасные для здоровья — особенно таблетки для похудения: от амфетаминов до фен-фен.

По мере того как ускоряется темп нашей жизни, растет потребность в мгновенном решении для активизации наших когнитивных способностей, будь то учеба, работа и отдых. Так все-таки, существует ли средство, которое действительно работает?

К сожалению, большинство из распространенных сегодня усилителей когнитивных функций не слишком эффективны. Начнем с тренировки мозга. Ни одно из доступных на рынке коммерческих программных обеспечений по тренировке мозга не подкреплено вескими научными свидетельствами. Lumosity с самого начала утверждала, что их продукт базируется на научных исследованиях, однако к большому удивлению тех, кто работает в области когнитивной нейробиологии, в исследовательском разделе веб-сайта компании не обнаружилось каких-либо рецензируемых исследований, которые могли бы подтвердить подобное заявление. Именно из-за подобных бездоказательных утверждений против компании было возбуждено дело.

Lumosity, Posit Science и прочие компании, занимающиеся тренировкой мозга, во многом отличаются друг от друга, однако обладают и рядом общих черт. Во-первых, обучение предстает «в игровой форме», так, чтобы оно выглядело более привлекательным. Во-вторых, оно является адаптивным, то есть по мере вашего прогресса повышается уровень сложности игр. И то, и другое — основополагающие принципы когнитивного тренинга. В-третьих, многие (но не все) из этих систем уделяют особое внимание тренировке так называемой рабочей памяти, которая является умением хранить несколько единиц находящейся под рукой информации и жонглировать одними во время использования других.

Рабочая память оказывается привлекательной мишенью для когнитивного обучения, поскольку показатели ее объема — количества единиц информации, которыми вы можете оперировать — находят сильные соответствия со способностями решать задачи и вести рассуждения, а также потому что упражнения на рабочую память легко запрограммировать в игры. Некоторые системы также тренируют управление вниманием — способность выбирать интересующую информацию из числа отвлекающей. Как и в случае с рабочей памятью, тренировка управления вниманием теоретически целесообразна и может быть включена в интерактивные игры. Таким образом, идеи за этими экспериментами стоят вполне разумные.

Проблема заключается в том, что проверка разных методов, используемых коммерческими продуктами для стимуляции рабочей памяти и внимания, не дала существенных результатов. Наиболее обоснованным было крупное исследование, проведенное учеными из отдела когнитивных наук и изучения мозга Британского Совета медицинских исследований в Кембридже. Через телевизионное шоу под названием Bang Goes the Theory они задействовали в нем 11430 участников. Случайным образом выбранная из общего числа, одна треть участников должна была решить широкий набор задач с упором на память и внимание, аналогичных тем, которые предлагали упомянутые коммерческие продукты. В одной из задач требовалось быстро нажимать на символы, появляющиеся на экране, но только если они соответствовали набору целевых символов. Другое упражнение заключалось в том, чтобы следить за предметами багажа, проходящими через рентгеновский аппарат в аэропорту. Время от времени конвейерная лента останавливалась и участники должны были сообщить, сколько сумок находилось в аппарате.

Другая треть участников проходила обучение логическому ходу рассуждений и планированию: в каких-то упражнениях требовалось найти лишние формы, в других — расположить игральные кости на поле в порядке возрастания номеров. Оставшаяся треть составила контрольную группу испытуемых и не проходила никакого обучения. До и после периода обучения все участники прошли отдельный набор тестов на уровень умственного развития, чтобы измерить спектр когнитивных способностей. Так, в одном тесте люди должны были проверить, применимо ли правило (например, «круг не меньше, чем квадрат») к изображению, а в другом требовалось повторить в обратном порядке возрастающие по длине последовательности цифр. Обе группы тренинга значительно продвинулись вперед в выполнении тех задач, которые отрабатывали — однако не продемонстрировали улучшений в эталонном тесте по сравнению с контрольной группой.

Еще один крупный эксперимент в США под названием ACTIVE (Advanced Cognitive Training for Independent and Vital Elderly) ставил себе целью выяснить, что может предотвратить снижение когнитивных способностей, связанное со старением. В этом исследовании ученые набрали 2 тысячи 832 человека и случайным образом разделили их на тех, кто делал упражнения на тренировку памяти, мышления или познавательной скорости, и тех, кого отнесли к контрольной группе, не получавшей никакой специальной подготовки. Опять-таки, люди показывали лучшие результаты в выполнении тех задач, которые они практиковали, но это никак не отразилось на других познавательных способностях.

Например, людей в группе по тренировке памяти обучали стратегии запоминания списков. Разумеется, слова они стали запоминать лучше, но их способности выведения закономерностей в последовательности цифр или расписании поездок не изменились. С другой стороны, люди во второй группе получили стратегии для поиска моделей, и они стали лучше справляться с этой задачей, но в запоминании слов не продвинулись. (Результаты последующего теста, проведенного с интервалом в пять лет, содержали намек на то, что участники группы логических рассуждений получили некоторую помощь в решении повседневных задач. Так что, возможно, не все потеряно. Но это, безусловно, не тот эффект, которого следовало ожидать в области стимуляции интеллекта, и он не был очевиден в краткие сроки).

Эффект усиливающих когнитивную функцию препаратов на самом деле несколько очевиднее, чем тренировка мозга. Давно известно, что кофеин и никотин позволяют людям быстрее реагировать, побеждать сонливость и получать более высокие оценки в некоторых видах стандартизированных тестов. Отпускаемые по рецепту стимуляторы, такие как Adderall (амфетамин) и Ritalin (метилфенидат), которые доказали свою эффективность при лечении синдрома дефицита внимания, также улучшают когнитивные функции у здоровых людей. Их воздействие не столь велико и не всегда последовательно, но реально.

О чем мы знаем гораздо меньше, так это о компромиссе, на который идем. Все эти препараты имеют довольно короткий период полураспада. Что случается, когда эффект проходит? В идеале когнитивный препарат должен был бы повысить производительность, а затем вернуть вас на ваш базовый уровень. Однако вполне вероятно, что стимуляторы, когда их действие заканчивается, демонстрируют обратный эффект, подавляя когнитивную функцию. Это по-прежнему может быть приемлемым компромиссом: если вы знаете, когда вам необходимо быть «в ударе», вовсе неплохо потом некоторое время потупить. Этот компромисс особенно актуален в отношении стимуляторов, к которым развивается привыкание, например, никотина. Если вы не слишком контролируете периоды использования стимулятора, вам сложнее рассчитать полезное время его воздействия.

Еще больше меня беспокоит вопрос применения стимуляторов с целью развития мозговых функций. За последние 40 лет, нам удалось понять ряд важных вещей о развитии мозга. В частности то, что мозг созревает гораздо медленнее, чем любая другая система нашего организма. Префронтальной коре головного мозга требуется больше всего времени для созревания, ведь она претерпевает существенные изменения, даже когда человеку за 20. А префронтальная кора чрезвычайно важна для высших функций мозга: для организации поведения в случае расширенного круга задач, для осуществления самоконтроля, а также для планирования действий в будущем. Эффект стимулирующих когнитивную функцию препаратов на развитие мозга все еще не до конца понятен, но в случае всех этих препаратов существует реальная опасность того, что злоупотребления могут нанести вред долгосрочному развитию мозга.

Программы подсознательного обучения утверждают, что способны изменить ваш мозг путем неосознанного внедрения информации. Например, многие из этих продуктов предлагают вам слушать расслабляющую музыку или звуки природы с одновременно записанным на ту же звуковую дорожку — только очень тихим — устным сообщением. Идея заключается в том, что слова, звучащие слишком тихо, чтобы быть сознательно распознанными, в состоянии преодолеть своего рода когнитивную оборону и перепрограммировать мозг. И даже лучше: распространители систем подсознательного обучения утверждают, что, поскольку вам не нужно вникать в сообщения данного тренинга, они работают, даже когда вы спите.

Представьте, что вы хотите бросить курить или похудеть. Ну не здорово было бы просто слушать в машине диск со спокойной музыкой, где содержится обращение, нацеленное на подсознание и способное изменить ваше поведение? Или предположим, что вы хотите выучить португальский язык для поездки в Бразилию? К чему тратить сотни часов на зубрежку лексики и грамматики, если можно прослушивать языковой курс во время сна? Беда в том, что эта идея не имеет никакого смысла с точки зрения того, что мы знаем о разуме и мозге, и существует отличное доказательство того, что она просто-напросто не работает. Люди, которые слушают записи для похудения, не теряют в весе больше, чем те, кто слушает записи без каких-либо сообщений или вообще их не слушает, а люди, которые пытаются учить слова во сне, ничего в итоге не усваивают.

Как насчет электрической стимуляции? Этот усилитель когнитивной функции, пожалуй, больше, чем другие можно отнести к разряду научной фантастики. Электрическая стимуляция мозга на самом деле практикуется уже давно. В 19-м веке физиологи начали изучать нервную систему у животных путем введения электродов непосредственно в мозг. Эта техника была усвоена нейрохирургами и по сей день является важным компонентом хирургического планирования для операций на головном мозге. Однако прямая стимуляция мозга в высшей степени агрессивна и поэтому проводится редко. Более практичными для использования человеком являются методы, в которых, дабы вызвать электрические изменения в головном мозге, применяются внешние стимуляторы.

Наибольшей популярностью пользуется когнитивный усилитель под названием транскраниальная стимуляция постоянным током (tDCS). В ней к электродам, помещенным на коже головы, подводятся малые дозы электрического тока. Правда, tDCS не вызывает непосредственные вспышки нейронов; она сдвигает электрический потенциал в мозге, повышая вероятность того, что простимулированные нейроны окажутся заряженными. Данная методика привлекает к себе внимание ученых на протяжении последних 20 лет — и уже была подхвачена любителями и предпринимателями. Последние успели создать собственные электрические стимуляторы, и по крайней мере одна компания запустила в серийное производство один продукт tDCS, нацеленный на геймеров.

Не пытайтесь повторить это дома. Правда.

Пока tDCS используется в лаборатории и в клинике, она вполне безопасна: недавний обзор данных 3836 испытуемых показал, что побочными эффектами в основном являются ощущения зуда, покалывания и тому подобное, и лишь у немногих — головные боли. Моя лаборатория в Университете Вашингтона в Сент-Луисе уже работает с этой техникой, и я принимал участие в испытаниях; по-моему, с ней легко работать и она абсолютно безвредна, и я призываю людей участвовать в исследованиях tDCS, если у них есть такая возможность. (Полагаю, что головные боли в основном связаны с использованием повязки, необходимой для удержания электродов на месте; они возникают в контрольной группе с той же частотностью, что и у людей, подвергающихся стимуляции.)

Однако для обеспечения безопасности данной техники требуется оборудование, соблюдающее надлежащие меры контроля безопасности, а также некоторые базовые знания о нейроанатомии и физиологии. К сожалению, непрофессиональные приверженцы этой терапии зачастую страдают от ожогов и головных болей, когда стимуляция начинает давать сбои. К тому же существует реальная опасность того, что применение электрической стимуляции ненадлежащим образом может привести к необратимым травмам. Есть интригующие выводы о том, что электрическая стимуляция — в правильной дозировке в правильном месте и умело проведенная— может в умеренных количествах повысить способности к обучению и двигательные функции.

Так, в одном исследовании Лорен Ричмонд (Lauren Richmond), постдокторант в моей лаборатории, и его коллеги обучали людей удерживать в памяти возрастающие по длине последовательности букв или пространственных расположений. Во время обучения половина участников получали электростимуляцию левой части префронтальной коры — того участка головного мозга, который отвечает за этот тип памяти. Остальные участники во время тренировки тоже были подключены, но получали тривиальное дозу тока. Все испытуемые после прохождения десяти учебных занятий в течение двух недель стали справляться с поставленными задачами лучше, но те, кто получил стимуляцию, совершенствовали этот навык быстрее. Тем не менее, на данный момент эффекты слишком малы и непостоянны для того, чтобы хотя бы приблизиться к оценке рисков попробовать это на себе за пределами авторитетной клиники или лаборатории. Кроме того, вполне возможно, что стимуляция одной из наших познавательных способностей посредством tDCS совершается в ущерб какой-то другой способности.

Означает ли все это, что у нас нет никакой надежды на улучшение когнитивной функции? На мой взгляд, есть все основания надеяться на это, правда лишь в том случае, если мы будем реалистически оценивать возможные достижения. Прямо сейчас, я думаю, лучше всего делать ставку на когнитивное обучение — но не на то, которое нам пытаются продать. Такие компании, как Lumosity, Posit Science и Jungle Memory пытаются делать что-то, что ученые называют «дальней передачей» (far transfer), тренируя выполнение одной задачи и приложение достигнутого к совершенно иной задаче.

Предположим, к примеру, что я хочу лучше отслеживать бейсбольную статистику или запоминать имена новых знакомых. Упомянутый подход выглядит следующим образом: я записываюсь на программу по тренировке мозга, улучшаю свою рабочую память и управление вниманием, и это помогает мне отслеживать статистику или запоминать новых людей. Большим достоинством такого подхода является то, что в случае успеха он дает широкие преимущества. Если бы я действительно мог улучшить свои общие когнитивные способности, это помогло бы мне во многих аспектах моей жизни. Беда в том, что дальнюю передачу действительно трудно найти. И это видно из данных, описанных мною выше.

Какова же альтернатива? Необходимо вернуться с небес на землю и нацелиться на ближнюю передачу (near transfer). Если вы хотите хорошо запоминать счета бейсбольных матчей, тренируйте эту способность. Если вы знакомитесь с большим числом людей и вам нужно запоминать их имена, делайте упор на эту практику. В обоих случаях — и во многих других познавательных задачах — существуют хорошо известные методы, показавшие свою эффективность.

Например, есть два весьма полезных приема для запоминания новых ассоциаций между лицами и именами. Во-первых, употребляйте ассоциацию, прежде чем она исчезнет. Когда вы встречаете кого-то, повторяйте про себя новое имя и используйте его в разговоре, если это возможно. После встречи постарайтесь вспомнить людей, с которыми вы познакомились, и несколько раз повторите их имена. Во-вторых, придумывайте для имен значимые ассоциации. Они могут быть даже нелепыми — и работать лучше. Например, если вы пошли в пиццерию и повстречали там парня по имени Пит, пусть его виртуальное прозвище будет «Пицца Пит». Это работает на сто процентов. Каждый год я преподаю у двух-трех десятков студентов и стараюсь запомнить имя каждого уже к первому занятию. Для меня это не просто, поэтому я распечатываю список с их фотографиями и несколько раз прохожусь по нему, называя каждый снимок и повторяя мои виртуальные прозвища.

В области техник запоминания чисел, например, бейсбольной статистики, огромную роль сыграли соревнования по памяти. Британский чемпион по памяти Бен Придмор (Ben Pridmore) является отличным примером. Он был первым человеком, которому удалось запомнить колоду карт менее чем за 30 секунд, на его счету победы во всевозможных чемпионатах. В ходе одного из соревнований участники должны в течение 15 минут слушать последовательность цифр, а затем написать ее. В 2008 году Придмору удалось дойти до 153 (текущий рекорд — 456 — принадлежит Лэнсу Чирхарту (Lance Tschirhart) из Соединенных Штатов).

Придмор написал книгу How to Be Clever (2011), где излагает собственно техники и практики, которыми пользовался сам для получения высоких результатов. Достижения таких спортсменов памяти показывают, насколько мощной может быть ближняя передача. Однако достижение совершенства в выполнении одной из этих задач не делает вас умнее в целом. Придмор говорит об этом читателю уже на третьей странице: «С интеллектом я ничего поделать не могу».

Правда, одну из характеристик продуктов по тренировке мозга следует взять на заметку: игровую форму. Чтобы обучение оказалось эффективным, к нему должна быть тяга, а этого гораздо легче добиться, если учиться весело и ваше усердие регулярно поощряется. Психология и нейробиология активно исследуют вопрос о том, как разработать обучающие системы, которые люди захотят использовать и которые принесут эффект.

Означает ли это, что ничто не может сделать нас умнее в целом? Отнюдь нет. Дальняя передача в обучении, или безопасные и эффективные препараты, или стимуляция мозга — все это, может быть, не за горами. Любой из этих методов в принципе способен работать. (Правда, я бы не стал ставить с ними в один ряд обращение к подсознанию). Может случиться так, что одна из этих технологий — или какая-то новая — совершит прорыв и действительно сделает нас умнее. На самом деле, в прошлом веке наш вид испытал значительное повышение интеллектуального уровня, которое в эволюционном плане произошло очень быстро — слишком быстро, чтобы объясняться генетическими изменениями. В 1984 году психолог Джеймс Флинн (James Flynn) изучал тестирование уровня интеллекта; он сообщил, что с 1932 по 1978 год показатели IQ в США увеличились на 13,8 балла. Во всем мире он обнаружил увеличение в пределах от пяти до 25 баллов.

Это существенные изменения. Возьмем показатель США в качестве разумной суммарной оценки. Увеличение на 13,8 процентных пункта означает, что баллы, которые в 1932 году считались средними, сегодня оказались бы ниже 20-процентного уровня, а значит 80% людей имели бы лучший показатель по сравнению с вами. Никто точно не знает, что спровоцировало эти улучшения, но вполне вероятно, что произошли они в основном за счет улучшения в области питания и образования, позволившего мозгу заработать на полную мощность.

Если вы читаете эту статью, то, вероятно, уже пользуетесь всеми благами 20-го века, то есть ваш мозг уже достаточно развит. Но всегда есть что-то еще, что можно сделать для улучшения и поддержания общих когнитивных способностей: физические упражнения. В частности, упражнения для укрепления сердечно-сосудистой системы, такие как ходьба, бег, езда на велосипеде или плавание. Доказано, что данные упражнения во многом способствуют улучшению когнитивных функций, а последние обуславливают рост новых нейронов в головном мозге и улучшению функции существующих нейронов.

Например, в одном исследовании пожилым людям предлагалось сделать быструю визуальную оценку буквенно-цифровых символов, при этом необходимо было не отвлекаться на другие символы. Тогда половине испытуемых в качестве упражнения на укрепление сердечно-сосудистой системы была назначена интенсивная прогулка, 40-45 минут быстрой ходьбы. Другая половина должна была делать растяжку и тонизирующие упражнения. После тренировки исходная задача повторялась. Группа, занимавшаяся ходьбой, улучшила свою концентрацию внимания и продемонстрировала изменения в мозговой активности при выполнении задачи. Группа, делавшая растяжку и тонизирующие упражнения, изменений не обнаружила. Особое внимание в этом исследовании уделялось проблемам старения. Полученные результаты свидетельствуют о том, что физические упражнения могут помочь пожилым людям сохранить и улучшить когнитивные функции. Учитывая, что упражнения имеют множество других преимуществ, что здесь может не нравиться?

Отмечу, ни хорошее питание, ни нагрузки на сердечно-сосудистую систему не являются быстрым решением, благодаря которому мы превратимся в когнитивных супергероев. Но я думаю, что в целом все не так уж плохо. Во-первых, если вам действительно в чем-то нужно преуспеть, есть шанс найти подходящую вам методику обучения, которая будет эффективной. Во-вторых, мы уже (в среднем) умнее, чем наши бабушки и дедушки. И, наконец, если мы будем вести активный образ жизни, то можем стать еще умнее и сохранить свои когнитивные способности на протяжении всей нашей жизни.

Иногда назначение науки заключается в том, чтобы опрокинуть сложившиеся представления и тем самым добраться до более глубокого понимания природы. В других ситуациях побеждает здравый смысл. Когда речь заходит о том, как стать умнее, здравый смысл до сих пор должен быть нашим главным советчиком. Шестинедельные умственные тренировки, препараты для улучшения когнитивной функции, обучение во сне и обретение гениальности посредством электрошока — все это звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой, и пока так оно и есть. Но все мы можем быть лучше в конкретных областях, если целенаправленно тренируемся, и можем быть умнее, счастливее и здоровее, если будем заботиться о себе.

Джеффри Закс

Источник/Оригинал

Читайте также:

ПИТЕР УОТТС: ПРАКТИЧЕСКИ БЕЗ МОЗГА

 

ПУСТОЙ МОЗГ

 

МОЗГ МОЖЕТ ВОССТАНАВЛИВАТЬ САМ СЕБЯ — С НЕКОТОРОЙ ПОМОЩЬЮ