Восемнадцать выпускников Y Combinator, пишет автор, выглядят скучными компаниями, создающими решения для корпоративных клиентов в «облачной» сфере или в сфере аналитики. А остальные девять выпускников — «наши любимые нелепые стартапы из ниши "Uber для тако"».

Организатор программы Стэнфордского университета SURF Андрей Бакаленко написал обзор широко обсуждаемой статьи из блога Slate Star Codex, посвящённой спорам вокруг завышенных оценок стартапов из Калифорнии. 

«После кризиса доткомов в начале 2002 года было нереально найти инвестиции под любой интернет-продукт», — говорит Стюарт Баттерфилд, один из основателей Flickr и Slack. «Индекс Nasdaq упал на 80%, никто не хотел инвестировать в штуки, связанные с интернетом, поэтому мы не понимали, делаем мы хороший продукт или нет — рынок не давал нам никакого сигнала». 

Баттерфилд — один из долгожителей Кремниевой долины. После Flickr ему удалось основать еще один нашумевший стартап, который сегодня оценивается почти в $4 млрд — Slack. «Разговоры про то, стоит ли Slack своих денег, не утихают до сих пор. Но рынок говорит нам "да"». 

Но действительно ли рынок понимает, что он делает? Пять из шести самых дорогих компаний в мире были основаны благодаря венчурным инвестициям, больше 25% которых идет из единственной точки — Кремниевой долины.  

ВЫБОР FST. 17 МАЯ 2017

 

В день публикуются тысячи статей. 99,9% — это вода. Найти стоящие тексты займет у вас часы. FST отбирает для вас 0,1% жемчужин. Только умные материалы, лонгриды, обзоры, интервью. Мы экономим ваше время, расширяем кругозор, обращаем внимание на идеи, которые могут изменить жизнь, работу, бизнес.

Сегодня разговоры про новый пузырь возвращаются с новой силой. Сначала #fakenews на Facebook, затем скандалы вокруг Uber. В итоге мир поделился на два лагеря. 

Противники Кремниевой долины говорят, что стартапы сильно переоценены, и значительная их часть работает над бредовыми продуктами. Защитники утверждают, что это центр инноваций, в котором бесполезные стартапы — лишь исключение из правил, а большая часть компаний работает над стоящими сервисами.  

11 мая в блоге Slate Star Codex была опубликована статья Скотта Александра Silicon Valley: A Reality Check, которая собрала огромное количество откликов. Такие популярные в Долине и за её пределами предприниматели, как Дастин Московитц, Тим О'Райли‏ и Стюарт Баттерфилд поддержали автора статьи у себя в соцсетях.

Население США сказало свое слово: странная и бессмысленная Wi-Fi-соковыжималка Juicero — это идеальный символ Кремниевой долины​.

— Скотт Александр

Автор ссылается на Washington Post — «История с соковыжималкой Juicero ярко свидетельствует о том, что с мышлением Кремниевой долины что-то не так» — и на издание TechCrunch, которое назвало Juicero «нелепым олицетворением высокомерия Кремниевой долины». 

Издание Newsweek, отмечает Александр, пошло ещё дальше — и назвало территорию «Бестолковой долиной». Такого же мнения придерживается и издание Deadspin: «Juicero — это лучшая история, когда-либо написанная о Кремниевой долине — глупой либертарианской антиутопии, где вампиры-инвесторы — потребители, а деньги обычного человека — это то, что они потребляют».

Juicero — это стартап, получивший $120 млн инвестиций на производство «умных» соковыжималок. Предполагалось, что эта технология станет жизненно необходимой в своей отрасли, но затем издание Bloomberg провело эксперимент и выяснило, что выжать сок из специального пакета можно голыми руками, без помощи соковыжималки за $400.  

Скотт Александр решил вернуться «немного назад» и проверить факты, вспомнив несколько компаний, которые занимаются менее спорными разработками.

​В то время как издание Deadspin было занято, называяпредставителей Кремниевой долины «отвратительными паразитами из ночных кошмаров», моя подруга работала в компании, разрабатывавшей оптический двигатель со структурированным светом для манипулирования отдельными клетками и ускорения высокоточных биологических исследований.

В то время как FastCoDesign самозабвенно называло Juicero «символом класса людей из Кремниевой долины, которые создают вещи, чтобы решать свои внутренние незначительные проблемы», многие мои друзья работали там в компании Wave, которая помогает иммигрантам отправлять деньги своим семьям в Восточную Африку.

В то время как Vox писало о том, что пример Juicero «красноречиво показывает текущую ситуацию в Кремниевой долине», Кремниевая долина успешно развивалась в направлении солнечной энергии, что привело к росту числа установленных солнечных батарей на 1500% за последние несколько лет.

В то время как Slate рассказывало нам о том, что компании из Кремниевой долины «обрабатывают примитивные идеи и продают их как образцы революционных инноваций», Кремниевая долина запустила ракету, размером с пятнадцатиэтажный дом, со скоростью 160 километров в час в воздух, а затем осторожно посадила её на стометровую платформу посреди океана.

В то время как Gizmodo писало, что Juicero — это «не единичная причуда», поскольку инвесторов Кремниевой долины «не волнует, что они создают проблемы, а не решают их, и существуют только для того, чтобы провоцировать потребителей тратить деньги», инвесторы из Кремниевой долины вложили $35 млн на создание искусственной поджелудочной железы для больных диабетом.

В то время как блогер Фредди де Бур убеждал, что компании Кремниевой долины «выкачивают деньги для себя и инвесторов у безрассудных людей, а затем выбрасывают их, как использованный пакет для сока Juicero, и это единственное, что они делают», компании Кремниевой долины создали заменители мясных продуктов, которые могут положить конец фабричному сельскому хозяйству и спасти миллионы животных от ужасных страданий, и тем самым помочь окружающей среде.

— Скотт Александр

Александр пишет, что изучил 52 компании с последнего демодняакселератора Y Combinator: тринадцать из них работали в некоммерческом социальном секторе или были направлены на развитие стран третьего мира. Например, приложение Neema, которое помогает бедным людям без доступа к банкам получить финансовые услуги. Или Kangpe — онлайн-сервис для оказания медицинских услуг африканцам, у которых нет возможности обратиться к врачу. 

А также Credy — сервис для материальной взаимопомщи в Индии, Clear Genetics — автоматизированный инструмент для консультаций по вопросам генетики для родителей, находящихся в зоне риска, и Dost Education, который помогает обучать людей грамотности в Индии за $1 в месяц.

Двенадцать стартапов занимались действительно захватывающими передовыми технологиями. Например, CBAS работает над производством персональной биоэлектроники, а Solugen производит перекись водорода из растительных сахаров. Компания AON3D создаёт 3D-принтеры для промышленных целей, Indee — новую систему генной инженерии, Alem Health применяет искусственный интеллект в радиологии. И тут не обойтись без стартапа, который работает в направлении доставки товаров с помощью дронов — Volans-i.

Восемнадцать выпускников Y Combinator, пишет автор, выглядят скучными компаниями, создающими решения для корпоративных клиентов в «облачной» сфере или в сфере аналитики.  

А остальные девять выпускников — «наши любимые нелепые стартапы из ниши "Uber для тако"». Например Cowlar, который занимается производством трекеров вроде FitBit, только для коров. Или Origin — который производит клон кофе-системы Keurig, но для смузи.  

Также есть MoveButter, который сравнивает себя с тремя разными компаниями, о которых Александр никогда не слышал, но, похоже, связан с продуктами. Mere Coffee — кофе-машина для малого бизнеса, LitHit — «умная» мишень для спортивной стрельбы. Автор пишет, что уверен, что кто-то может ему возразить и рассказать, почему FitBit для коров — это на самом деле жизненно важный сервис, который произведёт революцию в сельском хозяйстве, но он сам не стал бы так уверенно об этом заявлять. 

По словам Александра, его заинтересовало, действительно ли Y Combinator может быть настолько успешным, что набирает компании из сферы филантропии, а не только настоящие коммерческие стартапы. При этом акселератор берет много международных стартапов, базирующихся за пределами Кремниевой долины. 

Поэтому автор просмотрел первые двадцать стартапов в портфолиоизвестной венчурной компании Andreessen Horowitz. Один из них казался явно некоммерческим — это была компания в сфере научного образования. Четверо выглядели высокотехнологичными или просто потрясающими, включая компанию, которая проводит аэросъемку с помощью беспилотных летательных аппаратов.

Двенадцать — «скучные» компании, создающие решения для корпоративных клиентов в «облачной» сфере или в сфере аналитики. И только два стартапа были чем-то банальным, вроде сайта для обмена и печати высококачественных фото («Но не думаю, что это так уж банально, как если бы что-то подобное сделали Kodak или Staples»). 

Поэтому, несмотря на то, что компании, занимающиеся разработкой программного обеспечения для корпоративных клиентов, по численности превосходят действительно высокотехнологичные или некоммерческие компании, нет никаких доказательств, что «глупые» стартапы вроде Juicero преобладают в Кремниевой долине. Так почему все так думают?

— Скотт Александр

Автор делится своей теорией — если взять среднестатистического обывателя со средним доходом, который видит объявления, предназначенные для среднего класса, общается со своими друзьями из среднего класса, ходит к ним в гости и видит продукты, предназначенные для среднего класса, и так далее, то о чём он будет слышать чаще всего — об оптическом двигателе структурированного света для цитологических исследований или о соковыжималке? 

В книге Unsong, пишет Александр, есть глава, где архангел приносит мир на Ближний Восток, разбивая Святую Землю на два параллельных измерения. Любой иудей, который войдет туда, окажется в едином Израиле. Любой мусульманин, который войдет, окажется в независимой Палестине. 

И иногда Александр удивляется, не попал ли тот же архангел в Кремниевую долину. 

Если в Кремниевую долину войдёт здравомыслящий человек, который будет бороться за лучший мир, он окажется в окружении хороших людей, борющихся за лучший мир. Он увидит мобильные приложения, которые отслеживают тропические болезни, экологически чистые энергетические стартапы, которые борются с глобальным потеплением, напрямую высасывая углекислый газ из воздуха, компании, которые приносят банковские услуги бедным непальским жителям, и фармацевтические лаборатории, изобретающие лекарства для лечения детских болезней. 

Если футурист войдёт в Кремниевую долину, он окажется окружённым футуристами. Он увидит нейронные сети и технологии глубинного обучения, многоразовые ракеты и летающие машины, высокопроизводительное секвенирование генома и CRISPR, метаматериалы и нанотехнологии.

Если нарцисс, одержимый социальными сетями, чей взгляд на мир начинается и заканчивается его страницей в Instagram, войдёт в Кремниевую долину, он окажется в окружении нарциссов, одержимых социальными сетями, чьи взгляды на мир начинаются и заканчиваются их страницами в Instagram. Он увидит кучу потоковых видеосервисов, приложений вроде «Uber для парикмахеров», сервисов знакомств для элиты, где сперва нужно заплатить, а также людей, которые пытаются перевернуть рынок спортивной одежды.

И если один из тех людей, которые всё время говорят о сервисах для крупных компаний, войдет в Кремниевую долину, он окажется окружённым людьми, которые всё время говорят о сервисах для крупных компаний . Я понятия не имею, кто эти люди или что они делают, но если все они окажутся действительно счастливыми рядом друг с другом, я буду рад, что они нашли хорошую компанию.

Это как притча о трех мудрецах и слоне: у всех будет своё видение о том ,что происходит в Кремниевой долине. И каждый из них будет прав по-своему.

— Скотт Александр, ​

Поэтому, пишет Александр, он рекомендует людям перестать говорить о том, что Кремниевая долина делает «абсурдные и переоценённые соковыжималки». Это не значит, что она их не делает, но точно так же их делают и в других частях света. 

Автор вспоминает слова своего друга из Facebook, который отметил, что еще задолго до нашего рождения компания QVC продавала нашим родителям абсурдные и переоценённые кухонные принадлежности. 

Ведущий «магазина на диване» PitchMan Билли Мейс призывал покупать специальную чашу для сухих завтраков EZ Crunch Bowl, обещая, что она «подарит незабываемый опыт». 

Уникальность Кремниевой долины не в том, что у неё есть переоцененные товары, предназначенные для богатых людей. Уникальность Кремниевой долины, утверждает Александр, в том, что у неё есть нечто большее. 

Я не хочу преуменьшать проблему. Всё самое хорошее в этом мире «заражается» ищущими выгоду паразитами. Кремниевая долина не является исключением, и повышение информированности об этом должно стать задачей общества.

​Но по какой-то причине мне трудно принять то, что, скажем, авторы издания вроде Deadspin действительно верят в какой-то дух Кремниевой долины и думают, что странные люди могли собраться вместе и начать создавать удивительные вещи на благо каждого. И будто бы этот процесс длится до сих пор и это какая-то хрупкая святыня, которую нужно оберегать.

— Скотт Александр

Александр пишет, что у него создаётся впечатление, что в своей критике издания скорее выражают скрытые опасения о том, что могут найтись какие-нибудь странные умники, которые ещё верят, что смогут вырваться из своего безнадёжного положения, но они неизбежно должны быть побеждены неумелыми работниками.  

​Когда Вашингтон совершил ошибку, погибли десятки тысяч ни в чём не повинных иракцев. 

Когда ошиблись на Уолл-стрит, страна погрузилась в кризис, а бедные семьи потеряли жильё.

Когда ошиблись в Кремниевой долине, люди, которым требовалась бесполезная Wi-Fi-соковыжималка, получили бесполезную Wi-Fi-соковыжималку. Которая, что уж скрывать, делает довольно неплохой сок.

— Скотт Александр

***

Андрей Бакаленко, участник программы SURF

Может быть, Долина действительно дарит нам больше продуктивных компаний, а остальные бесполезные проекты — лишь издержки дарвиновской эволюции, в которой через конкуренцию слабые компании умирают, а сильные остаются. Тем не менее, научные исследования показывают, что стартапы действительно переоценены.

Группа авторов из Стэнфорда, Гарварда и других университетов провели научную работу, в ходе которой выяснили, что 9 из 10 инвесторов считают оценку «единорогов» (стартапов, оцененных в более чем $1 млрд) завышенной, а 7 из 10 — сверхзавышенной. Причем те же 9 из 10 инвесторов вложили в них свои деньги.

Один из соавторов статьи считает, что пузырь действительно есть и падение капитализации произойдет, но случится это не скачкообразно с отказом инвесторов от всех новых вложений, как это было во время кризиса доткомов, а через уменьшение опционов для сотрудников, которые пришли в компанию на более поздних стадиях. Также уменьшится капитализация фирм.

Кроме того, уже сейчас начинается процесс перераспределения венчурных инвестиций в другие регионы, такие как Китай и Индия. Так, четвертым в списке лидирующих кузниц «единорогов» является Indian Institute of Technology, который оставил не у дел MIT. И сама Долина становится все больше. Некоторые предприниматели в поисках более достойной жизни переезжают на север в Сиэтл или на юг ближе к Лос-Анджелесу.

Кремниевая долина подарила нам невероятное количество потрясающих продуктов и продолжает радовать новыми полезными сервисами, но переоценка стартапов не вызывает сомнения. Скорее всего, рынок инвестиций в калифорнийские стартапы уменьшится и частично переедет в другие места. Поэтому вопрос лишь в одном — как скоро и как болезненно произойдет это изменение.

Константин Панфилов

Источник

Читайте также:

ОТПЕЧАТОК ТЕХНОЛОГИЙ: ЧТО СТАНЕТ С ПРЕСТИЖНЫМИ ПРОФЕССИЯМИ

 

ОТНИМУТ ЛИ РАБОТУ У ЛЮДЕЙ РОБОТЫ И ИСКУССТВЕННЫЙ ИНТЕЛЛЕКТ

 

ФБР ПРОТИВ ПРОГРАММЫ «1000 ТАЛАНТОВ» КИТАЯ